— Богдан говорит, что Искро сам не свой. Злой до невозможности. Рвет и мечет. А ему холодная голова нужна. Степняки да ватажники покоя не дают, а он о другом думает. Нас с Богданом не слушает. С Вериславом поругался. — Тешка хмуро посмотрела на нее. — Уходить вам надо, Слава. Подальше.
— Не могу. У князя бумага есть, где написано, что отец ему денег должен. И что я принадлежу ему. Мы не сможем в бегах жить.
— Земля — матушка большая, Слава. Может найдёте где-то приют.
Слава покачала головой.
— Мне надо эту бумагу достать. Но я даже не знаю где он её хранит. Несколько раз пыталась. Ничего не вышло.
— С ума сошла? — прошептала Тешка, — ты же у самого князя воровать хочешь!
— У меня нет другого выхода, Тешка. Да, отец отдал меня князю. Но ведь и князь отдал меня Искро. Значит у него нет на меня прав. Я теперь Искро принадлежу. Да князь иначе считает. Вот и строит козни. Он не оставит нас в покое, Тешка. Надо найти эту расписку.
— Может проще Искро сказать? — предложила Тешка. Слава покачал головой. Он сам подневольная птица. Что он сделать сможет? Тешка много не знает.
— Искро сейчас не до меня, — прошептала она.
От двери послышалось тихий рык и подруги вскинули глаза. Слава побледнела, глядя в полыхающие гневом глаза мужа. Он шагнул к ней, стискивая кулаки.
— Почему не сказала? — не обращая внимания на Тешку прорычал он.
— Я пыталась, но все как-то не до того было, — опуская голову проговорила он.
— Не до того? — от его рыка даже стекла задрожали. — Слава, ты…
Он оборвал себя на полуслове и закрыл глаза. Постарался медленно выдохнуть и вновь опалил ее темным огнем глаз. Не сказав ни слова развернулся и вышел. Девушки переглянулись.
— Куда он? — спросила Тешка.
— Боюсь, что к князю, — прошептала Слава, испуганно глядя на дверь. Тешка сжала ее пальцы в своих руках.
— Пойду Богдана найду, — проговорила она поднимаясь. Слава только кивнула, растеряно глядя перед собой.
Дождь продолжал лить и серое небо за окошком никак не давало понятия о времени. Устав ждать, Слава поднялась. Борясь с головокружением и не обращая внимания на свой внешний вид, направилась к двери.
— Собралась куда-то? — недовольный рык от двери.
Она подняла голову, глядя в недовольное, хмурое лицо мужа
— За тобой.
Его бровь изогнулась, когда он окинул ее критическим взглядом.
— Мда… В таком виде от тебя очень много пользы. На, держи.
Он протянул ей свернутый берестяной лист.
— Что это?
— Расписка твоего отца.
Слава изумленно посмотрела на него.
— Ты забрал ее у князя?
— Почему забрал? — грубовато произнёс он, глядя на нее свысока. — Выкупил. Теперь ты действительно принадлежишь мне.
Слава посмотрела на свиток в руках.
— Тогда почему ты отдаешь его мне?
Его взгляд впился в нее.
— Решай сама, что с ней сделать. Я бы советовал сжечь, — он кивнул на свечу, — мне она без надобности.
Слава вновь посмотрела на свиток, не зная, как поступить. Услышав тяжёлый вздох, она подняла голову, когда Искро выхватил его из ее рук и шагнул к столу. Поднеся его к тонкому пламени, дождался, пока он вспыхнет и как следует разгорится. Когда огонь подобрался почти к его пальцам кинул остатки на земляной пол и затушил, наступив пяткой сапога из телячьей кожи. Обернувшись, встретил ее взгляд.
— По крайней мере, ТЫ не будешь в его власти. А теперь давай — ка ложись. Рано тебе еще бегать.
Она шагнула к нему.
— Искро, поговорить надо. Про князя и Гостомысла. И про…
— Я тороплюсь, Слава, — перебил он ее — Вчера взяли несколько ватажников, надо допросить. Правда двоим удалось уйти. Прячутся где-то в городе. Разберусь, приду и поговорим, — он окинул ее взглядом, — нам много о чём надо поговорить.
Слава пришлось согласиться. Искро ушел, а она опустилась на лавку. Сил практически не осталось. Свернувшись калачиком, она закрыла глаза.
Утро не принесло облегчения ее измученной тревогой и сомнениями душе. Как ни старалась она найти выход из слоившейся ситуации, но ничего придумать не могла. Продолжать лежать тоже не могла. От этого становилось только хуже. Надеясь немного отвлечься, занялась домашними делами.
День пролетел незаметно. Слава хлопотала по хозяйству, постоянно оглядываясь на дверь, ожидая прихода Искро. К вечеру решила сходить в курятник, принести яиц и замесить тесто. Накинув на плечи шерстяной платок, взяла корзинку и прошла через двор к небольшому курятнику, который Искро и Богдан поставили совсем недавно. Набрав яиц, поставила корзинку на землю и толкнула дверь в амбар, решив еще набрать муки. Дверь за спиной захлопнулась, а рот ей зажала мужская рука. Сердце Славы дало сбой, а над ухом раздался знакомый и уже почти забытый голос.