Гримаса боли исказила его лицо. Выдохнув, сквозь сжатые губы он как-то рассеяно махнул рукой.
— Нет у меня другой жены, Всеслава. Ты одна…
Ее глупое сердце пропустило удар, после этих его слов. Как часто, лежа ночами на неудобном топчане, она вспоминала его. Как хотела снова оказаться рядом. Даже несмотря на то, что он отказался от нее. Именно мысли о нем, помогали ей выжить там, куда ее забросила недолюшка.
Слава вздохнула, устало проводя рукой по лицу. В памяти всплыли слова Богдана, сказанные когда-то:«Не руби с плеча… Искро, как ушел по утру, еще ничего не знает… выслушай его, когда встретитесь»
Вот и встретились. Да столько воды утекло с тех пор. Надо ли ей теперь это?
— Не ходил я к князю тогда, Слава. Никому про нас не говорил, — Искро сжал кулаки, глядя на понуро стоящую напротив жену, — и не отпустил бы я тебя никогда. Не смог бы.
Слава вскинула голову.
— Ты же думал, что я с Усладом…
— Нет! — горячо возразил он, — Знаю, что причинил тебе боль, обидел. И те слова… Я никогда ничего подобного не испытывал, меня рвало на части. В дозоре я остыл. Смог спокойно мыслить. Понял, что ты не способна на измену. Так торопился домой, к тебе. Поговорить, разобраться во всем, — кадык на его шее дёрнулся и он отвернулся, — разобрался. Да поздно.
— Степняки на нас напали, — тихо проговорила Слава, вновь опуская глаза вниз, — я когда их увидела, еще подумала, как могла тебя иноземцем считать? В тебе ничего от них нет… — она посмотрела на Искро. Их взгляды встретились.
— Не подписывал я ничего, Слава. Обманул нас князь. И меня и тебя… Ты жена моя, данная мне богами.
Она спокойно смотрела на него. Странные чувства шевельнулись где-то внутри. Но боль в ноге отрезвляла. Так ли это теперь важно?
— Что с ним?
— Убили во время набега. Видимо кто-то из послов его же и зарезал. Не стоило ему со степняками ловчить. Себе же хуже сделал, да люд мирный погубил…
Слава грустно посмотрела на него. Ее губы дрогнули в горькой усмешке и она отвела глаза.
— Я долгое время верила, что ты пойдёшь за мной. Что, как только узнаешь, что я попала в плен, найдешь… Поэтому и пыталась бежать. Но постепенно мои надежды умирали.
Кадык на его шее резко дернулся, он рвано выдохнул.
— Я бы и пошел… Я бы землю перевернул, но нашёл тебя.
— С чего ты решил, что я погибла? — тихо спросила она и замерла в ожидании ответа.
Его лицо посерело. Он отступил назад, руки рухнули вниз.
— Мы натолкнулись на несколько стоянок вдоль наших границ — начал Искро, отворачиваясь к окну, — пошли по их следам, постепенно осознавая, куда они ведут. Мы уже не шли. Бежали. Основная часть нашего войска была на удалении нескольких часов от поселения. Думаю, князь специально их ложным путем отправил. Мы послали им гонца, а сами — в городище. Да только уже поздно было. Вернулись на пепелище. Мне кто-то сказал, что видел, как тебя к князю вели. А потом мы нашли несколько обгоревших трупов. И вот это…
Он сунул руку за ворот, доставая бечевку с кольцом и делая шаг к ней. Сняв его с шеи, протянул девушке, настороженно глядя на нее. Слава посмотрела на его широкую ладонь. Кольцо, которое он надел ей на Любомире. Ее рука вновь взметнулась вверх, сжав шею.
— Его князь велел забрать. И медальон…
— Видимо хотел меня добить, вернув это, да кто-то украл. Я их с женского трупа снял. Сильно обгоревший. Не хотел верить, что ты… Решил, что тебя в плен взяли… А тут это. И ладно бы одно, а то сразу все…
Искро сжал кулак и со всего размаху засадил в стену. Слава вздрогнула и приподняв бровь вопросительно посмотрела на мужа.
— Я всегда был хорошим дружинником. Неплохим стратегом. К тому же повадки степняков хорошо знал. За те три лета, что князю служил, не было налетов, — заговорил он, не оборачиваясь к жене, — князь за меня очень держался. Отпустить боялся. Выгодно ему было меня держать. Его все вокруг уважать стали. Он на место старшего брата метить начал. Без меня не смог бы занять его. А я хотел уйти. Как только долг отработаю. Жить заново начать хотел на родной земле, — он обернулся к Славе, глядя на нее потемневшим взором, — потом тебя встретил. Мы тогда у вас в деревне были. Я тебя в кузне впервые увидел. Потом, все три дня, что у вас стояли, наблюдал. Как с сестрицами общаешься. Как по хозяйству хлопочешь. Ты меня не замечала. А я и не стремился к большему. Понимал, что в любой момент к Марене уйти могу. Тебя вдовой оставить. Да и не пошла бы ты за меня. Я для тебя иноземцем тогда был. А ты мне глянулась. Вроде бы не красава, но в глазах — огонь. И сила. Другие рядом с тобой терялись.
— И ты остался, — проговорила она. Искро кивнул и разжав ладонь посмотрел на кольцо.