Он кивнул, вновь привлекая ее на грудь и скользя рукой по ее спине, лаская каждый шрам.
— А я сидел у костра и думал, как мне тебя уговорить за меня пойти. Надежда у меня появилась, что ты моей можешь быть. На все готов был, — Слава услышала его смешок, — и вдруг слышу вокруг нас кто-то плутает. Пошел смотреть. Гляжу — девица. Думаю, кто-то из вашей деревни. Смогу о тебе больше узнать. Пойму, как к тебе подступиться.
— Ага. А потом понял, что я и есть твоя нареченная, да?
— Да. — они замолчали.
— А купальскую ночь помнишь? — тихо спросил Искро. — Я ведь тогда тебя проверял. Слышал, что про тебя да Услада по деревне говорят. Но тебя другой видел. Вот и соблазнить пытался.
Слава только вздохнула. Да и не могла она на него злиться.
— Не разочаровала?
— Нет. Чего думаешь я сразу же за кольцами поехал? Понимал, что нельзя тебя упустить. Да и тянуть больше не хотел. Испугался, что может что-то случиться, что нас разлучит.
Она подняла к нему голову, слегка нахмурившись.
— А коли бы уступила? Что не женился бы?
— Женился. Да так как-то теплее на душе было.
Они снова замолчали. Вдруг какое-то движение по реке привлекло внимание, и она резко выпрямилась. Искро моментально сел рядом, готовый отразить нападение.
— Лебеди, — прошептала Слава, кивая на пару белоснежных лебедей, грациозно плывущих вдоль берега, — красивые.
Искро посмотрел на жену. Его глаза полыхнули загадочным блеском. Словно огни Перунова огня в Купальскую ночь.
— А ты знаешь, что это хорошая примета? — хитро глядя на нее спросил Искро.
— Какая примета? — обернулась к нему Слава.
— Когда влюбленные в купальскую ночь видит пару лебедей, — проговорил он, — значит, они будут жить долго и счастливо. Как лебеди.
— Нет такой приметы, — рассмеялась Слава.
— Какая разница, — притягивая ее в свои объятия прошептал Искро, — мы все равно будем жить долго и счастливо.
Всеслава счастливо вздохнула, устраиваясь поудобнее в руках мужа. Долго и счастливо. Она согласна.
***
Слава прислонила клюку к стене и поставила корзинку с едой на землю. Пироги с капустой и клюквой. Берёзовая каша и вяленый лещ. Холодный квас. Девушка улыбнулась, услышав шаги, быстро спускающегося по лестнице Искро. Ему передали, что она идет. Дорога была нелегкой, с подъемами, но она ее прошла.
— Слава, голубка моя, зачем? — бросился он к ней, — я бы пришел на обед.
Она покачала головой и обняв его спряталась в кольце его рук.
— Соскучилась. Увидеть тебя захотела, — она посмотрела в его тёмные глаза. — Я там вам пирогов напекла.
Искро посмотрел на корзинку и хмыкнул.
— На всех что ли наготовила, ладушко?
— На всех. Там с капустой и клюквой. Как ты любишь.
Искро молча смотрел на нее, и девушка тонула в его темном взгляде. Но знала, что он удержит, не даст тьме поглотить ее. Он потянул ее за собой в тень, около стены.
— Пообедаешь со мной?
***
— Иди сюда, — позвал ее муж и Слава, опираясь на сделанную им трость вышла во двор. В траве, около крыльца, забавно жмурясь на солнце и пихая друг друга толклись около миски с молоком пара щенков. Их темные носики и усики были перепачканы, но они с удовольствием лакали теплое молоко.
— Сука погибла тогда при набеге, а они вот остались, — обнимая жену проговорил Искро.
Слава улыбнулась и направилась к спуску. Подойдя к щенкам, наклонилась, поглаживая их по нежной шерстке.
— Две девочки. Кобелька найду позже.
Слава обернулась к мужу.
— Давай завтра на рынок сходим, — попросила она мужа, — цыплят, да молодок купим.
— Сходим.
Слава прислонилась к крыльцу, с улыбкой наблюдая за щенками. Посмотрела на мужа.
— Пойдем, покормлю, — позвала она его, — у меня все готово.
Не успела она шагнуть к крыльцу, как оказалась на руках мужа. Он легко поднялся по ступеням и толкнул дверь в сени.
— Искро… — обнимая его рукой за шею, прошептала Слава. Он взглянул на нее.
— Нам на капище надо. Сварогу и жене его Ладе дары отнести.
— Сварогу… — ее ладошка закрыла его рот, не дав договорить.
— Он нас первый соединил, — сказала она, — мы его обидели, неправильно на Любомир к нему пошли. Вот он нам испытания и послал. Чтобы впредь думали и не забывали о традициях. Он все справедливо рассудил. И потом, — Слава прильнула к мужу, который опустившись на скамью, устроил ее на своих коленях, — он твой покровитель. Ведь он Воин Света. Он, защищает нашу землю, когда ворог нападает. Как и ты. Не надо злить его, Искро.