— Отчего же? Она мужняя жена. Волхв их уже благословил, — вскинулась Малуша, защищая сестру, — а твой Услад плохо кончит, Ярина. Его все девки в деревне проклинают!
— Не смей его оговаривать, дрянная!
— А ты иди куда шла, да сестру мою не тронь! — Малуша выпрямилась, вставая перед сестрой. — Ты бы лучше за своим двором следила, чем в наш лезть. Брысь отсюда!
— Ярина, дочка права, тебе лучше уйти, — послышался голос отца, а на ее плечи легли мужские ладони. Слава оглянулась, наткнувшись взглядом на холодное, застывшее лицо мужа. Женщина злобно покосилась на них. Ее взгляд скользнул по рукам на плечах Славы и она скривилась.
— Понятно, почему ты ей чужеземца нашел, — прошипела она, — с глаз долой… Меньше позорить будет.
Искро отодвинул ее в сторону, делая шаг вперед. Славе даже послышался, раздавшейся из его груди рык. Она вскинула брови, удивленно глядя в спину мужа, вставшего перед ней. Рука отца опустилась на его плечо, сдерживая праведный порыв.
— Уйди, Ярина, — не хуже ее мужа прорычал отец, сжимая пальцы на плече зятя, — иначе вся деревня знать будет с кем твой Услад связался.
Женщина побледнела, а Слава с интересом посмотрела на отца. О чем он? Неужели они знают, что Услад в волчьем братстве? И все время молчали?
— Ты не посмеешь… — прошипела женщина.
— Еще одно дурное слово о своей жене услышу, — прорычал Искро, — Марена будет молить о том, чтобы я отдал ей вашего Услада!
— Уйди, Ярина, — гаркнул ее отец, — и чтоб ноги твоей больше на нашем дворе не было!
Окинув их злобным взглядом, женщина развернулась.
— Не зря Сварог гневается, — рассмеялась женщина, сплевывая под ноги, и указывая пальцем в небо, по которому прокатывались первые раскаты грома, — Хорошая пара. Степняк — налетчик и вздорная волочайка! Долго ли вместе будете?
Искро дернулся вперед, сжимая кулаки, а женщина, взвизгнув, бросилась бежать.
— Не стоит об эту дрянь руки марать, сынок, — проговорил ее отец, хватая Искро за локоть, — лучше женой займись. И как бы не прошел ваш Любомир, обряды завершить надобно.
Слава широко распахнутыми глазами смотрела на своего мужа. Он же, посмотрев в ее сторону, тихо выругался и шагнув к ней, подхватил на руки. Не в силах размышлять над тем, что только что произошло, девушка позволила себе расслабиться и опустила голову на его плечо.
Глава 12
Журавушка
Ее разбудил крик петуха. Странно он кричит. На их Петрушу не похоже. Потянувшись, Слава открыла глаза. Ее взгляд заскользил по незнакомым вещам. По полутемному помещению землянки, со свисающими с потолка сухими пучками трав. Резко сев на лавке, девушка успела подхватить сползающее с груди покрывало, которым была бережно укрыта. Воспоминания о минувшей ночи нахлынули на нее, заставив вспыхнуть лицо и рухнув на подушки, зарыться в них с головой. Но уже через мгновение она вновь перевернулась на спину и уставилась в деревянные балки, поддерживающие низкий потолок, пытаясь сдержать глупую улыбку. Так вот что значит мужняя жена, подумала Слава, вот о чем шепчутся вышедшие замуж девицы после первой ночи. Вот к чему стремятся и чего бояться в купальскую ночь. Она снова села, оглядываясь. В землянке, кроме нее никого не было. Ее одежда лежала аккуратно сложенная на лавке около стены. Она снова вспыхнула, вспомнив, как давече ее муж раздевал… ее кожа горела под лаской его рук и губ. Смущенная улыбка пробежала по губам, и девушка спрятала лицо в ладони, как будто кто-то мог подслушать ее мысли. Она вновь осмотрелась. А где он? Вон и одежки его, которую она после баньки одевала нет. Она ему по вечорке говорила, что сегодня ему в ней ходить надобно. Он только промолчал. Но послушал. Надел. Славе как-то тепло на душе стало.
Откинув покрывало, Слава вскочила да к лавке бросилась, торопясь одеться, пока одна. Не знала, как себя с ним теперича вести. Наконец, заплетя косы и спрятав их под повойник, закрепила ленты с усерязями на висках, браслеты на руки надела, слегка звякнув ими. Окинув себя беглым взглядом, девушка толкнула дверь и поднявшись по двум ступеням вышла на двор.
— Слава…
За ее спиной стоял Искро. Босой, в портках и свободно свисающей рубахе. С растрепанными ее руками и ветром волосами. Сейчас он казался девушке самым красивым на свете. Опустив дощетчатое ведро с водой на землю он изучающе вглядывался в нее.