Горячо взявшись за создание лучших в стране команд под флагом ВВС, Василий Иосифович явно недооценивал роль тренера. И хотя успехи Бориса Аркадьева говорили сами за себя, его вдохновлял пример Михаила Якушина, который добился высоких результатов «с листа», едва закончив играть. Залог успеха виделся младшему Сталину в сильных игроках — творцах игры. Отсюда, видимо, и метания после увольнения из футбольной команды Анатолия Тарасова между Сергеем Капелькиным и Матвеем Гольдиным, а в хоккее — между тем же Гольдиным и Павлом Коротковым.
Из названных в полном смысле тренером являлся лишь Гольдин. Матвей Иосифович много лет плодотворно работал с воспитанниками трудовой колонии в подмосковном Болшеве, где возникла сильная хоккейная команда «Динамо».
Наряду со «штрафниками» в командах Гольдина выросли и местные кадры Василий Трофимов и Иван Конов, известные впоследствии футболисты. В предвоенные годы Гольдин не без успеха тренировал команды «Крыльев Советов», где во многом опирался на своих воспитанников.
Авторитетный футболист и хоккеист Павел Коротков находился на службе в Военно-воздушной академии им. Н. Е. Жуковского, и его отлучки в качестве тренера носили факультативный характер. Что касается Сергея Капелькина, то ничего кроме нескольких удачных сезонов в составе футбольного ЦДКА до войны за ним не значилось. Его пребывание в роли тренера оказалось бессмысленным, после чего «дворцовый фаворит» переместился на позицию адъютанта командующего, где оказался на своём месте.
В конечном итоге в качестве тренера футбольной команды ВВС Василий Сталин привлёк из Тбилиси Гайоза Джеджелаву. И вновь в основе этого выбора была личная симпатия и ничего более. Сын старого большевика, орденоносец Джеджелава был форвардом-виртуозом, но никакого опыта тренерской работы не имел. Ожидаемого прорыва в результатах не последовало, к тому же отношения Джеджелавы и Боброва сложились не лучшим образом. На этом поиски тренеров прекратились, и бразды правления были вручены Всеволоду Боброву.
Когда выяснилось, что авторитетные столичные игроки не находят общего языка с Джеджелавой, побуждаемый ими Василий Сталин решил сделать ставку на Николая Старостина. Наверное, это тоже был не лучший выбор, так как основатель «Спартака» являлся не тренером, а организатором. Надо полагать, расчёт делался на то, что Николай Петрович во всех проблемах разберётся сам. Но сложность была в том, что Старостин-старший в ту пору хоть и стал после освобождения из лагеря вольным поселенцем в Комсомольске-на-Амуре, был поражён в правах и не имел права передвигаться по стране, а уж тем паче находиться в Москве.
Это обстоятельство нисколько не смутило самонадеянного Василия Иосифовича. На своём самолёте он вернул Старостина в Москву, где демонстративно предъявил опального взору подручных Лаврентия Берии. Не будем задерживаться на злоключениях патриарха «Спартака», которые преследовали его в 1950 году, он детально описал их в своих мемуарах. Скажем только, что одолеть всесильного Берию Василию не удалось, и Николай Старостин вынужден был отправиться по маршруту Ульяновск — Акмолинск — Алма-Ата, где ему нашлась организационная и тренерская работа.
Если поиск тренеров Василий Иосифович вёл без разбора и недостаточно активно, то в привлечении к себе лучших футболистов был неутомим. Вот несколько случаев в прямом пересказе игроков или их жён.
Никита Симонян: «В 51-м году, когда я уже вовсю забивал за красно-белых, мы с командой находились в санатории имени Орджоникидзе в Кисловодске. Пошли в клуб. И вдруг слышу: “Симонян, на выход!” Выхожу — а там Сергей Капелькин, бывший игрок ЦДКА, и Михаил Степанян. Оба они были адъютантами Василия Сталина — сына вождя и патрона команды ВВС. Слышу: “Никита, есть разговор”.
Повели на госдачу, близко от санатория. И начали: “Василий Иосифович приглашает тебя в команду. Можешь себе представить — вы с Бобровым составите сдвоенный центр нападения, будете всех на части рвать!” Я резко ответил, что никуда из “Спартака” не уйду. Попытались зайти с другой стороны: мол, Василий Иосифович, как депутат Верховного совета РСФСР, приглашает тебя на приём. На меня не подействовало и это. Хотя условия он для игроков делал фантастические — квартиры, которые всегда были наперечёт, и прочее.
Самым действенным оказался третий способ — накачали меня спиртным, сволочи, причём прилично. А потом говорят: “Слушай, ну ты можешь себе представить: командующий послал военно-транспортный самолёт, шесть лётчиков, нас, двух м....ков, и мы приедем, не выполнив задания. Что он с нами сделает?! Давай поедем — а если хочешь отказаться, то сделай это у Василия Сталина”. В трезвом состоянии я бы от такой затеи отказался, а тут махнул рукой: ну ладно, поедем. Привезли меня в аэропорт Минвод, в самолёте накрыли мехами, за время полёта я отоспался.