— Играть больше не буду.
— Что такое? Почему? — взвился тот.
Бобров кивнул в сторону Шувалова:
— Или он пусть играет, или я. Шайбу он мне не отдаёт, что мне на льду делать?
Шувалов совсем упустил из виду, что матч проходит не где-нибудь, а в родном для Всеволода Ленинграде, и потому реакция Боброва была особенно обострённой: тысячи зрителей пришли именно “на него”. Впрочем, случись такое в любой другой игре, Бобров повёл бы себя точно так же.
Но кончилась размолвка благополучно: слегка поругались, а затем всё-таки вместе вышли на лёд и с блеском выиграли матч. Однако Шувалов в той игре старался больше не экспериментировать, скрывал своё недовольство.
Вот так шероховато, ершисто начиналось партнёрство этих двух замечательных игроков.
Но в дальнейшем, когда в звено пришёл Евгений Бабич, положение стало существенно меняться. Быстро взрослевший и набиравшийся опыта Шувалов однажды сделал для себя любопытное открытие. Команда пропускала мало шайб и прекрасно справлялась в защите вчетвером, потому что... потому что Бобров постоянно дежурил у центрального круга и не играл в обороне.
Этот факт, казавшийся поначалу парадоксальным, объяснялся очень просто: в такой ситуации противник, нападавший на ворота команды ВВС впятером, подвергался колоссальному риску. Если кто-то из лётчиков отбирал шайбу, то немедленно пасовал её Всеволоду Боброву, и тут уж гол был неминуем. Поэтому соперники предпочитали не рисковать и отряжали для персональной опеки форварда одного из защитников. Впрочем, Боброву достаточно было убежать от защитника всего лишь один-два раза за весь матч — и игра была “сделана”...
Если же речь шла о более слабых командах, то они вынуждены были держать поближе к Боброву и второго защитника, заметно уменьшая свою атакующую мощь. Иными словами, было гораздо легче играть в обороне, потому что один из защитников соперника наверняка был оттянут назад, да и второй постоянно оглядывался, нападая вполсилы...
Когда Виктор Шувалов полностью осознал этот “фактор Боброва”, его отношение к тактике игры команды ВВС заметно изменилось. К тому же он видел, что Всеволод без конца требует паса не потому, что считает себя “премьером”, “звездой”, а из-за ненасытной страсти забивать, забивать и забивать. В своей любви к атаке Всеволод Бобров был не волен распоряжаться чувствами, он рвался к воротам противника наперекор любым препятствиям. Николай Сологубов, который блестяще с приседом ловил на корпус нападающих и, распрямляясь, подбрасывал их так, что ноги у форвардов оказывались выше головы, не раз останавливал и Боброва. Но Всеволод даже в падении стремился достать шайбу и во что бы то ни стало ударить по воротам,забить гол.
В русском хоккее он отличался умением как гвоздь проходить сквозь “стенки” игроков, а в хоккее с шайбой всегда искал кратчайший путь к воротам, не любил забираться с шайбой в углы площадки, куда спокойно пропускают форвардов грамотные защитники. Но при таком стиле игры Бобров, естественно, зарабатывал немало синяков. Шувалов видел всё это и сумел по достоинству оценить мужество лидера своего звена...
Партнёры Всеволода Боброва в командах ВВС и ЦДКА отлично знали, что добиться такой феноменальной техники этому выдающемуся хоккеисту наряду с удивительными врождёнными качествами помог самозабвенный и радостный тренировочный труд. Окружённый морозным паром, выглядевший громадным на коньках и в хоккейных доспехах, как сказочный богатырь, Всеволод без устали кружил по льду и бросал, бросал, бросал. Шувалов видел, что Бобров вовсе не “хоккейный барин”, и на смену первоначальной ершистости приходило истинное уважение к великому игроку, глубокое понимание того, что “играть на Боброва” — в интересах всей команды.
В итоге “забойщик” Шувалов, обожавший брать игру на себя, превратился в очень умного и тонкого диспетчера, раздававшего шайбы крайним нападающим — Боброву и Бабичу. При этом он и сам забрасывал немало шайб своим знаменитым броском-щелчком, потому что замыкал атаку на дальнем “пятачке”. Благодаря своей огромной выносливости успевал вовремя откатываться назад, чтобы принять участие в обороне. А отобрав у противника шайбу, Шувалов только поднимал голову — и уже видел, что Бобров открывается, на полной скорости уходит от своего опекуна в расчёте на точный пас. Да, Всеволод, видимо, ни разу в своей хоккейной жизни не принял шайбу, стоя на месте. А скорость плюс удачно выбранная позиция означали верный гол — Бобров не промахивался, Виктор Шувалов это хорошо знал».