Но в данном случае важность матча помимо спортивного соперничества подогревалась политической подоплёкой. Недавние друзья и единомышленники, генералиссимус Иосиф Сталин и маршал Иосип Броз Тито, стали к тому времени злейшими врагами. Сочетание «Клика Тито—Ранковича» стало жупелом, подавалось как главный недруг советского народа.
«До сих пор с досадой вспоминаю, — писал в своих мемуарах Леонид Иванов, — как перед выходом на поле некоторые деятели, сопровождавшие команду, чрезмерно долго и настойчиво внушали нам необходимость победить, победить во что бы то ни стало. Бесконечно напоминали об ответственности за исход соревнования, словно речь шла не о любимом всеми футболе, а о каком-то боевом сражении. Такие нотации и “накачки” только злили, нервировали и волновали игроков.
И когда английский судья Эллис вызвал команды на поле, один из наших защитников, пробегая мимо меня, невесело бросил:
— Сегодня мы, Лёня, гладиаторы. Надо стоять насмерть!»
Неназванный защитник был совершенно прав. Советским футболистам действительно пришлось стать гладиаторами, столь велики были ставка и накал борьбы в том матче.
Наш состав в сравнении с первым матчем претерпел изменения в линии атаки. Оборона и полузащита оставались неизменными. Их игра стабилизировалась и особых нареканий не вызывала. А впереди каждый раз продолжали мелькать новые лица.
Неплохо проявивший себя в московской серии 37-летний Николай Дементьев, сославшись на возраст, попросил не брать его на Олимпиаду. Вместо «отказника» в последний момент включили в заявку ещё не оправившегося от травмы Константина Бескова. С не залеченными до конца травмами отправились в Финляндию Всеволод Бобров и Валентин Николаев. В Котке стал нетрудоспособным Анатолий Ильин.
Бобров играл на уколах, недолечившегося Николаева поставили с Югославией вместо Тенягина. Посчитали, что больной армеец сыграет лучше здорового динамовца.
Полностью обновилось левое крыло. Не нашедшего общего языка с партнёрами Гогоберидзе сменил Фридрих Марютин, а покалеченного Ильина — Бесков, который из-за надрыва задней поверхности бедра месяц не тренировался.
Аркадьев видел его на месте инсайда. Бесков воспротивился: «Задачу передо мной поставили непосильную, если принять во внимание мою травму. Организовать атаку я ещё в состоянии, но совершенно не готов выполнять роль левого полусреднего... Слишком большой объём работы... Могу ещё как-то сыграть на левом фланге, хотя и это не моё место. Со мной согласились».
Ремарка Акселя Вартаняна констатировала: «В сравнении с первой игрой в нападении произошли три изменения. Только Трофимов и Бобров остались на своих местах. Они-то и сделали погоду».
Ход матча в Тампере в изложении Всеволода Боброва складывался так: «Поначалу казалось, что ничего страшного нет. Первые минуты инициатива полностью в наших руках. Пятёрка нападения то и дело прорывалась в штрафную югославской команды. Уже на 3-й минуте Трофимов упускает реальнейшую возможность забить гол. Он открывается, получает пас, но с восьми метров бьёт неточно. Через несколько минут Бесков сильно бьёт с пятнадцати метров, мяч попадает в штангу, отскакивает в поле, его подхватывает Николаев, снова бьёт... и опять штанга...
Неожиданный, после наших атак, бурный натиск противника и пропущенный гол породили среди нас растерянность. И, что особенно плохо, дрогнула защита. Леонид Иванов играл великолепно, и, может быть, если бы не он, счёт был бы куда большим. Но грубейшие ошибки Крыжевского, Ныркова, Башашкина, являвшиеся следствием излишней нервозности, привели к тяжёлым последствиям. На отдых мы ушли при счёте 0:3...»
«Игровая инициатива полностью переходит к югославам... — вспоминал Леонид Иванов. — Им удаётся всё — и пасы, и удары, и выходы на свободное место. Игра идёт в одни ворота. Ошеломлены штурмом Башашкин и Нырков. Потерянно мечутся возле штрафной площадки Петров и Нетто, не успевая разобрать Митича, Бобека, Огнянова.
Первый гол мне забивает правый полусредний Митич. Через несколько минут правый крайний Огнянов, обыграв Крыжевского, удваивает счёт. За пару минут до перерыва левый крайний Зебец заставляет меня в третий раз выбить мяч к центру поля».