Высокую оценку игре нашей сборной дал президент Международной федерации хоккея Джон Ахерн в еженедельнике «Футбол-хоккей» (№ 52 за 1971 год): «Я столько повидал на своём веку хоккея, что было бы простительно не помнить отдельных встреч. Но есть два матча, которых я не забуду, пока буду жить, а сколько мне ещё отпущено на это времени, я, конечно, не знаю. И обе эти встречи с участием сборной СССР.
Одна в Кортина-д’Ампеццо в 1956 году, другая — в Женеве в 1961-м. Матч в Кортина-д’Ампеццо с канадцами был хоккейным фестивалем, в котором Европа доказала своё право в лице советской сборной на собственный стиль. Канадцы выступали на Олимпиаде неровно. Но в матче против советской сборной они вложили в борьбу всё, что могли. Резко, жёстко сражались они на старте, и казалось, вот-вот раздавят, сломят соперника. В этой схватке высшего мастерства и высшего боевого духа прекрасен был Сологубов. Верх взяла сборная СССР».
Счастье олимпийской победы переполняло Всеволода Боброва. После пережитого в Хельсинки четыре года назад все его помыслы были сосредоточены на реванше. И он состоялся — Бобров стал олимпийским чемпионом. Ценил он и звание капитана команды. Недаром свои наброски, которые так и не превратились в книгу, он назвал «Капитан олимпийских команд»...
В этой связи известный мастер эпиграмм Евгений Ильин сочинил строчки к дружескому шаржу на капитана:
Легко ли было после такого выброса адреналина окунуться в рутину всесоюзных соревнований? Бобров вплотную занялся ликвидацией накопившихся «хвостов» в учёбе.
Можно сказать, в этом состоял некоторый его просчёт, если помнить, кто являлся тренером команды ЦСК МО (так с 1954 года стала именоваться армейская команда). Анатолию Тарасову не было никакого дела до эмоционального состояния Боброва и Бабича, который также редко выходил на площадку после возвращения из Италии.
В чемпионат страны 1956 года команды, чьи игроки входили в состав сборной, включились лишь в феврале. В Москве хоккеисты до 31 марта (рекорд!) играли на льду стадиона «Динамо», а потом матчи проводились в Сокольниках на открывшемся 15 апреля первом в стране катке с искусственным льдом. Строители сорвали намеченный срок ввода катка в эксплуатацию, поэтому плотность встреч с учётом кубковых заставила три ведущих клуба играть через день. Закончился сезон 25 мая.
Как и год назад, армейцы сделали «золотой дубль». В чемпионате их преимущество было неоспоримым: ни одного потерянного очка в двадцати восьми матчах — вечный рекорд! Разница шайб 217—29. Высота была покорена без участия Боброва и Бабича...
ЦЕПЬ НЕБЛАГОПОЛУЧНЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ
Чемпионат мира 1957 года вполне уместно назвать многострадальным. Хотя ожидался он в Советском Союзе как хоккейный праздник.
Мировой хоккейный форум впервые проводился в Москве. Осенью 1956 года вошёл в строй Дворец спорта в Лужниках — первый в стране крытый каток с искусственным льдом. Но планы организаторов едва не были нарушены. В ответ на взволновавшее весь мир политическое событие — подавление советскими войсками восстания в Будапеште осенью 1956 года — западные страны начали кампанию по дискредитации турнира.
В своей книге Михаил Прозуменщиков писал: «В ноябре того года национальные хоккейные союзы Англии и Швеции отказались от запланированных встреч с советскими хоккеистами и призвали другие страны бойкотировать предстоящий чемпионат мира в Москве. Западные средства массовой информации поспешили заявить, что чемпионат мира не состоится вообще или будет перенесён в другую страну.
Их пыл остудил президент европейского исполкома Международной лиги хоккея на льду Джон Ахерн, твёрдо заявивший, что чемпионат пройдёт “в Москве с 24 февраля по 5 марта, как запланировано, несмотря на какие бы то ни было протесты”. Он же прислал в СССР письмо, в котором уверил советского руководителя Секции хоккея полковника П. М. Короткова в том, что приложит все силы для организации чемпионата, и выразил сожаление, что не в состоянии повлиять на решения национальных хоккейных организаций Англии и Швеции. Ахерн сдержал своё слово. Чемпионат состоялся в Москве, а его победителем стала... сборная Швеции».
Да, шведы в конечном итоге проявили благоразумие и приехали в Москву. А вот сборных США, Канады и ФРГ среди участников не оказалось. Спасая всемирный масштаб чемпионата, организаторы пригласили Японию, которая не выступала на таком уровне ни разу после Олимпиады 1936 года.