Англичане жаждали реванша. Следующим соперником «Динамо» стал самый авторитетный на родине футбола клуб — лондонский «Арсенал». Выбор состоялся по воле хозяев, но учтены были и пожелания советской стороны. В меморандуме, который был сразу же по прибытии вручён англичанам, один из четырнадцати пунктов согласования условий турне содержал просьбу о встрече с «Арсеналом». Однако руководители делегации (К. А. Андрианов и его заместитель Г. М. Рогульский) ориентировались на имя клуба, не зная сложившейся конъюнктуры.
Когда состав «Арсенала», который должен был противостоять «Динамо», опубликовали, с нашей стороны последовал письменный протест, переданный капитаном Михаилом Семичастным в Футбольную ассоциацию. В нём говорилось, что усиленный состав соперников представляет собой один из вариантов сборной английских клубов, а это не предусматривалось.
Подчеркнём, что инициатива протеста исходила не от тренеров, а от руководителей делегации, озабоченных лишь положительными результатами матчей, но не уровнем соперничества. Впрочем, протест не возымел никакого действия.
Спустя много лет Михаил Якушин признавался: «Лично меня все эти заявления, протесты и прочая шумиха только раздражали, хотя и не подавал виду. Считал тогда и продолжаю считать и теперь, что чем больше мы играем с сильными соперниками, тем это будет полезнее для нас. Всегда обращал внимание на игру, а не на результат. Поэтому всячески приветствовал идею сыграть со сборной Англии. Но надо понять и позицию наших руководителей. Ведь вначале планировались всего две встречи в этой поездке, мы же пошли навстречу организаторам и провели вдвое больше матчей...»
Понятно, что найти сторонников среди тех, кто отвечал за итог турне, Якушин не мог. «На помощь» тренеру пришла принимающая сторона — могли ли англичане после сокрушительного поражения в Кардиффе «отпустить» гостей, не поправив ситуацию?
Дело было в том, что большинство футболистов «Арсенала» во время войны были призваны в армию и оказались рассеянными по всему миру — от Индии до Палестины. Назначенный в этом матче капитаном Бернард Джой позже прокомментировал: «Из 46 профессиональных игроков “Арсенала” 44 служили в армии, причём многие за границей. Мне удалось тогда прилететь из Германии прежде, чем на Западную Европу опустился туман. А наш капитан Эдди Хэпгуд застрял в Брюсселе...»
В результате только пять игроков представляли «Арсенал», остальные являлись приглашёнными. Среди них были правый крайний Стэнли Мэтьюз из «Сток-Сити» (будущий первый обладатель «Золотого мяча» — приза лучшему футболисту Европы), форвард Стэнли Мортенсен из «Блэкпула», таранный центрфорвард Ронни Рук из «Фулхэма».
Матч этот вошёл в историю мирового футбола не только своей значимостью, а ещё и потому, что в день его проведения, 21 ноября, на Лондон опустился густой туман. В Англии такой именуется «гороховым супом», а сам матч получил остроумное название «гренки в гороховом супе». Представители сторон даже долго совещались о возможности проведения игры.
История с туманом, который якобы не позволял игрокам толком видеть друг друга и ворота, в значительной мере оказалась эмоционально поданной выдумкой в репортаже Вадима Синявского.
В книге «19:9. Взгляд сквозь годы» Михаил Якушин свидетельствовал: «На самом поле туман мало мешал игре. Пожалуй, лишь при высоких навесных передачах мяч действительно исчезал из поля зрения футболистов. В остальных случаях, хотя видимость и была ограниченной, она серьёзно не мешала игре. Как мне разъяснили потом знающие люди, всё зависело от того, где находились следящие за игрой. На трибунах — действительно, болельщики плохо видели мяч и противоположные трибуны из-за плотного тумана, а непосредственные участники матча видели всё достаточно хорошо, и туман не был им помехой.
Дело в том, что в отличие от наших утренних или вечерних туманов, которые представляют собой своего рода “испарину” тёплой влажной земли, лондонский городской смог опускается откуда-то сверху и не всегда плотно садится на футбольное поле. Он как бы зависает на небольшой высоте...»
Вывел команды на поле стадиона «Уайт Харт Лейн» советский арбитр Николай Латышев, тот самый, который в начале сезона удалил с поля Боброва в матче с «Зенитом». Справедливости ради скажем, что со временем Латышев стал одним из лучших в мировом футболе, ему было доверено право судить финал чемпионата мира 1962 года.
«Арсенал» неистово поддерживали 55 тысяч зрителей. Но игра началась для англичан с «холодного душа». Не успела секундная стрелка сделать полный оборот, как счёт стал 1:0 в пользу «Динамо». Сергей Соловьёв обошёл двух защитников, выкатил мяч на ход Боброву, и тот левой ногой с линии штрафной нанёс точный удар в нижний угол.