Отец подал документы, а я только сейчас заметила на балконе незнакомого мужчину.
— Это юрист. Уже всё оформлено, и не хватает только твоей подписи, Даша.
Семён первым всё проверил и перечитал документы.
— По этим документам на тебя оформили дарственную на эту квартиру, — сказал Семён. — Всё оформлено честно, без подвохов. Удивлён, что Марья Степановна на это согласилась.
Бабуля удивилась, что этот крепкий мужчина знает, как её зовут, но проигнорировала его слова, подошла ко мне.
— Я так надеялась, что ты вернёшься и поможешь любимой бабушке. Облегчишь её боль и страдания. Твоя мать согласилась и помогла мне, поделилась своей жизненной силой.
— Совсем головой рехнулась? — спросила холодно.
Услышав этот ответ, старуха словно с ума сошла и едва не вцепилась мне в лицо ногтями. Я отшатнулась, а Семён перехватил старушку и осторожно прижал к себе.
— Куда вы там её собирались отправить, в дурку?
— Нет, в хоспис. Даша, подписывай и не выделывайся.
Быстро расписалась на документах. Юрист подошёл, всё проверил и кивнул мне, блеснула магия, заверив документы. И не поскупились — пригласили мага. Семён помог вывести бабушку, и её забрали санитары. А мне оставили документы на квартиру и ключи. Отец с братом, не прощаясь, сразу уехали.
Медведь вернулся ко мне и приобнял за плечи.
— Пока бабка жива, не стоит тебе тут жить. Потом поможем, сделаем тебе тут ремонт и всё обновим. Покажи, где ты жила? В той комнате?
Он зашёл во вторую комнату, первая была проходной гостиной. Медведь нахмурился, увидев только один диван и платяной шкаф. Вспомнив про кладовую, зашёл в неё. У него с трудом помещались здесь плечи.
— Где ты жила?
— Там, где вы стоите. Пока мелкой была, забиралась под первую полку и считала это своим убежищем. Потом, когда подросла, убирала туда подальше свои особо ценные вещи и матрас.
— Ну знаешь, зэки в тюрьме и то лучше живут, чем она тебя поселила. В маленькой комнатушке без отопления и почти без света.
Включила ему свет. Он был достаточно ярким.
— Всё равно это её не оправдывает.
— Не оправдывает ни её, ни отца, который переводил на моё содержание сто тхи. И триста было от соцслужбы.
Медведь сквозь зубы выругался, и мы, закрыв квартиру, вернулись на работу. Документы мы забрали с собой. А ещё через месяц бабка умерла. Мне позвонили из хосписа, сообщили об этом. Попросили позаботиться о похоронах. Коллеги, видя моё кислое лицо, спросили:
— Тебя поздравить?
Я улыбнулась чуть кисло.
— Мне её не хоронить хочется, а закопать в ближайшем лесу.
Я выбрала вариант самых бюджетных похорон — в картонном гробу, и кремировали её в том, в чём она умерла. Все смотрели на меня с осуждением. А отец даже на похороны матери не пришёл и материально никак не помог.
— Она же твоя бабушка! — не выдержал сотрудник похоронного бюро.
— Которая морила меня голодом, и я с пяти до восемнадцати лет жила в кладовке, спала на полу. Меня регулярно били и унижали. А за то, что я не получила золотую медаль, меня выгнали из дома. И после этого вы хотите, чтобы я ей дала что-то больше? Я ей памятник ставить не собираюсь. Кремация, а прах развею в ближайшем болоте. Даже её родной сын не пожелал заниматься похоронами и деньгами ни сонка не помог!
После этого никто уже не осуждал. Мне даже нашли простую картонную коробку, сказав, что в обычном кульке будет неправильно и неэкологично. А картонную коробку могу закопать в лесу под любым кустом.
— Спасибо за понимание, — сказала на прощание.
Сапёры, видя, что я притащила прах бабки в картонной коробке, помогли закопать его в лесополосе.
— Рада, что она умерла, — сказала им. — Это звучит ужасно, но я рада, что она умерла, а не я. Потому что однажды я думала, что сдохну.
И это был не момент моего попадания в тело, потому что тогда эта мегера всё же убила свою внучку и даже не заметила. Она избила меня очень сильно в средней школе, когда я поцапалась с физичкой и принесла тройку за контрольную. Хотя там не было ни единой ошибки — мне её поставили назло. На следующий день в школу я пришла синяя от побоев. Но и физички в тот день не было в школе, как и всю следующую неделю. И она никому не поверила, что меня избили.
Старушка, хоть и была с виду старой и типа немощной, была сильной и очень больно била, притом любила делать это исподтишка.
— Дашка, — потер руки Семён, — я согласовал ремонт твоей квартиры! Всю старую мебель продаём или выкидываем. Покупаем тебе всё новое!
— За какие деньги? Откуда они у меня?
— Помощь ценному сотруднику.
Семён не шутил. За месяц в квартире сделали ремонт. Из глобальной замены были только окна, двери и часть розеток. Переделали кухню и заменили всю мебель и технику. В ванной оставили ванну — как сказали рабочие, она добротная и хорошая. А плитка тут была универсальная, белая, и её решили оставить. Мне немного увеличили ванную комнату и кухню за счёт маленькой перемычки из коридора. Выход из коридора теперь был прямо, а не направо. Зато в ванной у меня появилась ниша для колонны — стиралки с сушилкой, а над ней установили полочки и закрыли дверцами. Унитаз тоже заменили на современный подвесной и сделали гигиенический душ.