Слушаю, не перебивая, словно на уроке истории, осознавая, что нахожусь сейчас там, где, по сути, невозможно оказаться никак.
- А потом? – спрашиваю, замечая, что молчание затянулось.
- Потом распрощался с учителем и ушел бродяжничать по свету. Лук есть, стрелы есть – значит, ужин себе добуду в любом случае…
- Не страшно было уходить в никуда?
Он хмыкает, окинув взглядом:
- Страшно не видеть ничего кроме мятой физиономии отца изо дня в день…
- Ты не скажешь мне, как ты оказался в тот день у реки? – пробую еще раз вытянуть информацию, пока удалось разговорить.
- Тут нечего говорить, Лиса… Так было нужно кому-то свыше... Я просто шел своей дорогой и решил набрать воды… Спустился к реке, а там ты… Вот и весь рассказ… Интересно было бы послушать, как там оказалась ты… Но так понимаю, объяснений не последует?
- Нет… - подтверждаю я.
К вечеру Артур предлагает остановиться в придорожной таверне.
- … Заодно купим тебе нормальную одежду… - глядя перед собой, заключает негромко, отворив массивную деревянную дверь и пропуская меня вовнутрь.
Вхожу и выдыхаю с облегчением – помещение оказывается полупустым - явно в это время дня здесь не бывает посетителей.
В зале с каменными стенами и деревянными полами царит таинственная прохлада, и витает настырный запах алкоголя. По периметру расставлены шесть круглых столиков и один длинный в конце зала у самой стены – видимо для больших компаний.
В целом обстановка довольно-таки располагающая, хоть и пахнет разбоем. Неосознанно прижимаюсь к Артуру, взяв его за запястье, отчего тот удивленно глядит на меня, но руку не одергивает.
- Хозяйка! – басит, сжав мою руку.
Не понимаю, отчего все так настораживает в этом месте…
Как будто предчувствие неприятностей…
Артур.
Всю дорогу выпытывала информацию о моей никчемной жизни, а как зашли в таверну, задрожала как осиновый лист – почему?
Сжимаю ее руку своей ладонью и зову хозяйку. Понимаю, что Найя сразу узнает меня, но выбора нет. Лису нужно одеть, чтоб самому не пялиться, да и мерзнет она ночами - так не пойдет.
Найя появляется, как всегда с улыбкой, плавно покачивая бедрами, с огромным декольте на белой рубашке. Ловлю взгляд Лисички – отводит в смущении, увидев, как тяжелая грудь подавальщицы подпрыгивает с каждым шагом. Глядя на смущенную Лису, самому становится не по себе.
Притащил в обитель похоти и разврата – олух!
- Здравствуй, АртУр! – Найя ставит ударение на «У», протянув ее, отчего мое имя на ее губах звучит слишком двусмысленно.
Лиса сразу улавливает намек – Найя знает меня не просто как постояльца.
- И тебе не болеть, - отвечаю жестко, и тут же ловлю обиженное лицо и злой взгляд стервы на малышку, - Мне нужна комната, вода и одежда для девчонки! - требую я.
- Деньги есть? – спрашивает недовольно, нагло разглядывая мою Лису.
В качестве доказательства поднимаю в воздух увесистый мешочек, отобранный у всадников.
Следующий вопрос не заставляет ждать:
- Комната одна? – подвох слышится не мне одному.
Вижу метания своей девчонки, ее чувства, написанные на белоснежной мордашке, поэтому, не сводя с нее взгляда, наклоняюсь всем телом на столешницу прямо к наглой подавальщице:
- Комната - одна на двоих! Кровать тоже можно одну! В комнату - жаренного поросенка и овощи! На утро - творог, молоко, сыр и свежий хлеб. Уяснила?
Найя стискивает зубы от негодования, но кивает:
- Посидите, пока приготовят комнату.
- Тогда поесть неси! - кидаю ей и беру побледневшую Лису за руку, ведя к столику.
Избегает взгляда так, словно виновата она, а не я.
От этого не по себе.
- Артур… Ты прости, что навязалась тебе… - шепчет тихо, отчего волосы становятся дыбом, стоит только представить на секунду, что мог не встретить ее или чего хуже - оставить там.