- Они как улетели, - сказал Колин, когда мы через минут сорок снова вернулись к калитке, и в который раз, наклонившись, принялся осматривать землю. Его собственное высказывание, видимо, навело его на мысль, потому что он вдруг прекратил копаться в пыли и глянул на меня расширенными глазами:
-Тьфу ты, блин! Ксюшка! Никогда не расследуй спросонья! Пошли к их соседям.
- Они же вроде довольно высокими заборами отгорожены, разве девушки бы перелезли… - засомневалась я.
- Спьяну-то? Запросто.
Но идти нам никуда не пришлось. Как раз в это время калитка соседнего участка с визгом распахнулась, и вышел заспанный и сердитый пожилой мужик, который вел под руки упирающихся и протрезвевших от ужаса Тамару и Катю. За ними шла пожилая женщина, которая, завидев нас, сразу начала кричать:
- Это что такое вообще вы тут развели! Пьянь подзаборная! Где родители ваши?! Безобразие! Спать невозможно, пришли эти две под окна и орут хором «учкудук» или еще что-то такое… У меня муж после инфаркта, чуть второй не схлопотал, пока мы их по саду ловили! Они нам все фонарики вдоль тропинки повыдергивали! Это что еще такое! Мы сейчас полицию вызовем и все зафиксируем!
- Не надо вызывать, я работник полиции, - Колин покопался в кармане и вытащил удостоверение. Женщина мрачно на него покосилась, и он продолжил с обезоруживающей улыбкой:
- Мы тут с коллегой были гостями, но на свою беду раньше ушли спать и всех этих голубчиков начали отлавливать только часа полтора назад. Уже всех в доме заперли, кроме этих. Спасибо, что привели.
Женщина, прищурившись, вгляделась в его лицо, видимо, правильно определила, что он гораздо старше нас и слегка оттаяла, но продолжила жаловаться:
- А кто нам убытки теперь возместит? И что это вообще за манера, так напиваться? Может быть, вы наряд полиции-то все-таки вызовите…
- Не надо! – пискнула Тамара с отчаянием. Катя заревела.
- Ну зачем нам наряд, - пропел Колин умиротворяющее, подходя и аккуратно забирая у мужа Тамариной соседки обеих девчонок. – Они в первый раз без родителей остались, не рассчитали, глупые еще. Они и напились-то вином, я сам обалдел, видимо, много выпили и не закусывали. Пойдемте, я вам бутылки покажу. Дорогое вино, между прочим.
- Все фонарики повыдергивали! – сокрушалась соседка. - Яблоню, по-моему, сломали! Кошмар какой-то!
- Давайте я вам эти фонарики на место повставляю, - предложил Колин.
- Мы вам поможем убраться, - подхватила я.
- Только не надо ма-м-ме говори-ить! – икнула Тамара.
- Ничего подобного! Все скажу! – тут же вскинулась соседка.
- Да зачем вам это, все-таки в первый раз, - умиротворяющее заговорил с ней Колин и, поставив Катю с Тамарой перед порогом, кивнул мне:
- Ксюш, заводи их в дом, а я пока пойду с соседями поговорю.
Я послушно затолкала девчонок в коридор. Они икали и плакали. Я, уже успевшая за эту бурную ночь выучить, что где находится в доме, сходила вскипятила чайник и сунула обеим кружки со сладким чаем:
- Держите.
- Спаси-ибо, - всхлипнула Тамара. – Я со-совсем не помню, что делала! Меня мама просто убьет!
- Ничего, Колин соседей враз уговорит, - успокоила ее я. – Он и мертвого уболтает.
- Ох, мне так неу-удобно…
- А ты сядь в угол дивана, будет удобнее. Или идите поспите, только не в той комнате, там остальные отсыпаются, мы их замуровали, чтоб не вылезли.
На диване в гостиной, оказывается, дрыхла Юлька, так что Катю и Тамару пришлось отправить на второй этаж. Я по очереди поднялась с каждой из несчастных, слегка подталкивая ее в заднюю часть тела, чтобы лучше держала равновесие, спустилась обратно и, выдохнув, налила и себе чайку. Через полчаса пришел Колин, к моему удивлению, в почти чистой одежде с почти не встрепанными волосами. Даже царапин вроде бы поубавилось.
- Да соседка надо мной поработала, - отозвался он на мой удивленный взгляд. – Немного отчистила, а то нам ведь с тобой еще обратно в электричке ехать. Давай сейчас и тобой займемся.
- Ага, только чаю попью… а ты не хочешь?
- Нет, я уже его упился у соседей.
- Уговорил?
- Ясное дело, - Колин махнул рукой. – Ну и компашка: в тихом омуте целое Лохнесское чудище скрывалось!
Немного отстирав и почистив мою одежду, мы решили доспать пару часов, для чего удалились в какую-то кладовку с раскладушками и почти сразу же отрубились…
Проснулись мы уже в час дня. Вокруг царила вялая похмельная жизнь: в комнатах, держась за головы и не глядя друг на друга, убирались Тамара и Катя, Маша пыталась что-то приготовить при виноватой помощи Ромы, а Петя и Вова во дворе собирали бутылки и пытались реанимировать сломанные цветы. Окно было загорожено фанеркой.