Выбрать главу

         - Оксан, ты не сбрендила? Как это у тебя не было мужского мнения? Папа тебя разве не хвалил?

         - Ну и что! – не сдалась Оксанка. – Это же приемный папа! Уже лет в 11! А такое закладывается в раннем детстве, до десяти лет, а потом – хвали-не хвали, все равно будешь недолюбленной и с комплексами...

         - Слушай, так если все равно ничего не поможет, может, хорош ходить к психологу?

         - Братец, пошел к черту! Я не твои деньги трачу!

         - Да, ты тратишь мое время.

         - То есть ты не можешь поговорить с родной сестрой? – умело сочетая в голосе угрозу и слезу, поинтересовалась она.

         - Вечером.

         - То есть мне уже нельзя тебе сказать...

         - Вечером!

         - Могу и не звонить, вообще-то! Она так и сказала, что ты на мне реализовывал свои комплексы!

         - Вечером, я сказал, мать твою! – рявкнул я так, что в комнате звякнуло стекло, а Тобик прижал уши, и шмякнул трубку на рычаг.

         - Ох, Колин, - сказала Ксюшка, морщась и тоже потирая ухо. – Чего-то ты в последнее время нервный какой-то.

         - Да, Оксанкин психолог не идет мне на пользу, - согласился я. – Давай уматывать отсюда, и так опаздываем. Авось сестрица к вечеру в себя придет.

         Ксюшка поглядела на меня с сомнением, но вежливо не возразила. Мы отправились на работу. Там все было как всегда: Ирочка и Кикимора не разговаривали, Женек болтал по служебному телефону со своей девкой, Андрей на служебном же компьютере под руководством Карины искал туры в Египет. Я, успокоившись было, что лимит сюрпризов на сегодня исчерпан, созвал их всех на ОФП. И вот тут-то началось: где-то в конце разминки Тихоня вдруг уронила белы руки, которые повисли, словно вареные макароны, шмякнулась на грязный мат и разразилась, как пишут в книжках, отчаянными рыданиями. Конечно, всем тут же стало не до физры: вся женская часть нашего отделения, включая Ксюшку, ринулась утешать и расспрашивать несчастную. Я тоже подошел, хотя и без всякой охоты: слезами меня после сестрицы разжалобить было трудно, а интересовался я другим, что и озвучил:

         - Так, ну чего, какое у нас горе? Такое, что только занятия похерим или целый день переживать будем?

         Женщины, склонившиеся над страдалицей, разом обернулись и глянули на меня, как на злого демона. Только в Ксюшкином взгляде рядом с осуждением уживалось некоторое понимание.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

         - Колин, вот от кого-кого, а от тебя не ожидала, - укорила меня Светочка. – Самбо у нас каждый день, а девочке, сам видишь, как плохо.

         - Мне тоже плохо, потому что квалификационные тесты через неделю. Я за вас их не сдам.

         - Ну позанимайся тогда с остальными, а я с ней посижу.

         - И я, и я! – подхватили коллеги обоего пола, не любившие занятия по самбо. Те из них, кто был в другом конце зала, в том числе Бармалей, Синь Сань и Жулька, даже для достоверности подошли поближе к эпицентру трагедии и сделали сочувственные лица. Светочка, Ирочка и Кикимора продолжали ворковать «что случилось» и одновременно гладили Тихоню по голове, причем не разговаривающие Кикимора с Ирочкой умудрялись не касаться друг друга.

         Я, скрестив руки на груди и покачиваясь с пятки на носок, так и остался стоять над ними. Откуда-то сбоку на меня пахнуло мощным запахом моря в смеси с каким-то гудроном: это подошел воняющий дареными пассией духами Женек. Я чихнул и загородился от него ладонью. Он подтолкнул меня в бок и поинтересовался:

         - Шеф, а чего случилось-то? Чего она?

         - Да мы сами не знаем, не говорит, - расстроено отозвалась Прочерк. Остальные что-то ей поддакнули.

         - Тьфу ты, - сказал я, наконец, не выдержав. – Да чего тут гадать, небось женатый мужик, с которым она встречалась, ее, наконец, послал.

         Взрыв воя, раздавшийся со стороны Тихони, подтвердил правильность моей догадки. Зато женщины-коллеги рассердились еще больше.

         - Колин, да что с тобой сегодня! – воскликнула Светочка. – С чего ты взял, что у нее был кто-то женатый!

         - Да догадался по ее же словам. Она в последнее время то и дело с работы отпрашивалась, вся нарядная и вонючая... Пардон, надушенная. Я ее еще спрашивал, почему бы ей не встречаться в выходные, так она бормотала, что ее хахаль по выходным и праздникам вообще занят. Чем человек может быть занят в такое время, если не семьей? К тому же, пока ходил мимо ее компа, видел, как она то и дело читала темы на разных форумах о любовницах и женатых мужиках. У кого что болит, тот о том, как известно, и читает...