Девица послушно увлекла меня за собой в маленькую комнатуху. В большой тут же на полной громкости заорал телевизор. Моя возможная клиентка прикрыла дверь и заморгала:
- Ой, я даже не знаю, как вас зовут, извините... Я Ольга... Ну, Ольга Владимировна Тишкина.
- Розанов, Колин Александрович, - пробормотал я, осматриваясь. В явно давно не убираемой и не ремонтируемой комнатке с драными обоями стояла старая мебель, причем ее было явно больше, чем надо: два стола, например, покоились друг на друге, а одно из кресел было повернуто лицом к стене, так что на него невозможно было сесть. Кое-какое место оставалось у кровати напротив компьютера, к моему удивлению, не такого уж и старого – видимо, интернет – это было святое. На кровать мы и присели.
- Я включу? – сказала Ольга поспешно. Я кивнул.
- Ничего, что я не сказала отцу и Сашке, кто вы? Они надо мной смеются просто, извините, чепуху, говорят, я выдумываю... У меня, конечно, воображение, все друзья мне пишут, что хорошее, что мне книжки писать надо, представляете?
- С трудом, но верю вам на слово. Загрузилась машина-то? Показывайте ваши угрозы.
- Сейчас-сейчас... Только в ЖЖ зайду... А, вот, само заходит.
Ученый комп и правда уже, кажется, безо всякого участия хозяйки, выбросил ее на страницу живого журнала.
- Он мне в сообщения пишет... Не все сохранились, я первые удаляла, - сказала она виновато. Но... Вот.
Она передала мне мышь. Я щелкнул ею и на весь экран развернул белый лист, посреди которого большими буквами было набрано: Я ЗНАЮ, ГДЕ ТЫ ЖИВЕШ. Еле удержавшись от того, чтобы хихикнуть, я протянул:
- Да, бандит-то наш не очень грамоте разумеет...
- А сейчас таких много... Ведь преступникам же некогда учиться, да? Некогда? У меня некоторые друзья так же пишут... Вот еще письмо.
Следующее послание было написано без ошибок и сообщало: Я ЗА ТОБОЙ СЛЕЖУ. Третье обещало: МОЖЕШ НЕ ПРЯТАТЬСЯ, Я ВЕСЬ ГОРОД ЗНАЮ. Четвертое в классической маньячной манере говорило: СЕГОДНЯ УТРОМ НА ТЕБЕ БЫЛО ЧЕРНОЕ ПАЛЬТО, и завершало подборку пятое, вопрошавшее: ЗНАЕШ, ЧТО ТЕБЯ ОЖИДАЕТ?
- Ну как? – тревожно поинтересовалась Ольга таким тоном, будто показывала мне прекрасную картину, которую следовало похвалить.
- Гм... Ничего себе, - отозвался я вежливо, покосившись на нее. – Это все сообщения?
- Нет, просто остальные я стирала... Там про то же самое. Что он знает весь город и мне не спрятаться, что следит... И в других местах то же самое писал – на яндексе, на мейле... Вы думаете, это какой-то маньяк?
- Я думаю? – удивился я. – Знаете, чтобы думать, маловато фактов. Надо бы кое-что проверить...
- Нужно отдать вам компьютер? Только надо сказать брату, потому что это его, то есть его старый, у него сейчас новый, папа ему купил. Папа же у нас хорошо зарабатывает... А это маньяк?
- Вы это уже спрашивали. Значит так: дайте-ка мне пароли от своих аккаунтов, я приду домой и кое-что проверю. Компьютер мне ваш не нужен. В реальной жизни у вас недоброжелателей не имеется?
- Да нет, я же недавно приехала... Вообще меня не очень любят, я такая, видите, папа говорит, бестолковая, работу найти не могу, мужа не могу...
- А вы кто по специальности?
- Я поступала на психолога, - дернула она головой. – А потом пришлось на четвертом курсе уйти, из-за здоровья, так что, наверное, продавцом работать пойду, все равно ничего путного из меня не выйдет.
Последние слова она выговорила, весьма агрессивно выпучив глаза, и тут же снова маниакально вцепилась в меня:
- Вы мне завтра позвоните? Да? Обязательно. Если это маньяк, его же очень важно поймать!
- Да-да, конечно, очень важно, позвоню, как что-нибудь обнаружу. А вы пока что на всякий случай все-таки постарайтесь не ходить в одиночку по безлюдным местам: либо в людном месте сидите, либо тут. Вот вам бумажка, напишите мне пароли.
- Вы только моих друзей не удаляйте, да?
- Зачем мне это?
- А вдруг нечаянно, вы не нажимайте на кнопку «удалить друга», хорошо? А то у меня так мало тех, кто меня понимает. А если вы удалите, то они подумают, что удалила я, и обидятся, и...
- Я же сказал, что не удалю, - размеренным тоном сообщил я, попытавшись загипнотизировать ее взглядом. Это мне кое-как удалось: она заткнулась, написала, наконец, пароли и отдала мне листочек. Схватив его, я поспешил проститься с Ольгой и ее непривлекательными родственниками. Шагая домой по темным слякотным дворам, я допытывался у внутреннего голоса, чего он такого заметил, что заставил меня в течение битого часа общаться с этой сумасшедшей? Несмотря на гадкий вид квартиры и ее жителей, мое чутье не регистрировало ничего, похожего на готовящееся преступление или угрозу. Зато мозги прекрасно поняли, что Ольга поросла комплексами куда почище моей сестрицы и жаждет привлечь к себе внимание любой ценой.