Я присвистнул.
- Вот же ж блин! Такой подходящий парниша – и опять по нулям! Одно утешение, что все живы...
- За что тебе спасибо, - Красавица, потянувшись на цыпочки, наградила меня звучным поцелуем в щеку и помахала идущим к нам дежурным по станции и двум местным ментам. – Да-да, идем, только вы вон тому парню, ради бога, не дайте уползти, мы его сейчас прибежим и арестуем!
В отделение мы вернулись по понятным причинам несколько взбудораженные, по дороге сдав лысого толкателя Красавиц в камеру предварительного заключения. Он чуть очухался и попробовал полезть на рожон, так что на прощанье я для острастки применил к нему простой болевой прием с выворачиваем рук. Почему-то любитель подвешивания не выразил восторга, а заскулил, что будет жаловаться.
- Чего-то я не понимаю, - делился я с Красавицей по дороге к отделению. – Да такой мазохист, который в себя иглы и крючки втыкает, должен мои тычки как манну небесную принимать, а он канючит хуже дворовых хулиганов... Ты, Красавица, вообще в курсе, в чем тут штука?
Красавица вздохнула.
- Ох, Колин, я тоже когда мне язык прокалывали, не жаловалась, а сейчас ребро так болит... Наверное, если ты сам над собой издеваешься, тебе это кажется крутым, а если издевается кто другой, так что в этом прикольного?
- Да я и в издевательстве над собой ничего прикольного не нахожу... Ладно, надеюсь, что хоть у Ирочки вышло с кавалером что-то путное.
Казалось бы. Когда мы пришли в отделение, то как раз застали разгар обсуждения Ирочкиного свидания. Виновница торжества сидела за своим столом почему-то не снимая шубы и, обеими руками сжимая большую чашку, жадно пила горячий чай. Вокруг нее сгрудились наши дамы, а мужики хихикали в уголке.
- Ир, ну как? – спросила Красавица, с трудом усаживаясь на свое место.
- Сволочь! – плаксиво припечатала Ирочка. – Жадюга такая! Сказал, что кафе сейчас очень дорогие, а он привык экономить, и три часа таскал меня по холоду! А у меня под шубкой только платье легкое! И сапоги на шпильках! А там заморозки! Гололед! Я ноги стерла! А он мне даже чай не купил, не то, что какую еду! И за мой счет в метро прошел!
- Господи прости, ну и времена настали, - сочувственно охнула Светляк, погладив страдалицу по шубке. – Ну и мужики...
- Ирочка, но ведь ты не мужика искала, а убийцу, - заметил я. – Ты его хоть по делу-то расспросила?
- Да конечно. Еле выудила, где он был – такой скрытный попался еще, гад! Короче, в этот день он просто-напросто уже с восьми работал, чему есть куча свидетелей. И работа его вообще в другом конце Москвы относительно места убийства. Я теперь, наверное, бронхит подхвачу! Вот сволочь!
- Ты про наши злоключения еще не слышала, - вздохнул я.
- Я расскажу, - оживилась Красавица и, хватаясь за бок, живописала мой подвиг.
- Кошмар какой, - сказала подошедшая ко мне вплотную Ксюшка непонятным тоном. Я посмотрел на нее и, представив, что со мной было бы, если бы на рельсы слетела она, искренне согласился:
- Кошмар. Но главный кошмар даже не в этом, а в том, что у нас кончились подозреваемые. Похоже, что ни один из этих ребят нашу Ольгу не убивал. А кроме них у нас зацепок-то и нет...
На следующий день я только утвердился в своих неутешительных выводах. Алиби парниш проверили более тщательно, и они оказались действительно железными. Это обрадовало одну лишь Тихоню, которой разрешено было встретиться со своим Димой, а меня ввергло в уныние. Я сидел за своим столом в общей комнате, слушал привычный рабочий шум и возню Тобика под своими ногами, грыз ручку и рисовал ею хохломские узоры на лежащем рядом отчете. Ксюшка сидела рядом теплой преданной тенью, следя за моим манипуляциями, но не мешая мне размышлять. А чего размышлять-то? Круг подозреваемых расширился до размера всего интернета. Проверить всех ее друзей на всех аккаунтах не в человеческих силах и не факт, что от этого будет хоть какой-то толк. На этом мои умозаключения зашли в тупик, и я принялся просто тупо вспоминать по порядку все произошедшие события.
...Ольга приклеивается ко мне возле отделения полиции и говорит, что ей угрожают. Я приезжаю к ним, застаю ее малосимпатичных братца и папашу, она проводит меня в комнату, рассказывает, что недавно приехала из тмутаракани в Москву и ведет виртуальную жизнь... Своих вещей у нее, судя по всему, было мало, даже компьютер – и тот старый от братца достался. Вот, небось, тот был в больших кавычках рад нежданно привалившей сестренке. И комнату заняла, и вещи ей давай... Бедная Ольга, всем-то она мешала...