В боевых искусствах, когда здоровье юнца пошло на поправку, дело тоже двинулось семимильными шагами. Вскоре уже сам Бармалей не мог поймать своего юркого противника – несмотря на большой рост, он уклонялся с ловкостью и гибкостью, которые остались у него с цирковой школы.
Что же касается стрельбы, то и там все пошло на лад, однако майор Фокин, испытывающий к «длинноволосому наглецу» личную неприязнь, все равно не хотел этого признать и придирался как мог. Колин переносил это удивительно спокойно и даже вроде бы совсем не обижался. Однако Фокин, кроме него, не любил еще многих своих учеников. В том числе ему не пришлась по вкусу черноволосая стриженая девушка лет двадцати двух по имени Кира Кимова, тоже новенькая, которую тоже надо было обучать стрельбе. Фокин при занятиях с ней всякий раз подчеркивал, что всяким тупым бабам вообще ни за что не разобраться в оружии, не говоря уже о том, чтобы научиться стрелять. Говорил он это обычно под руку, так что несчастная делала все больше ошибок, и чем больше при этом присутствовало посторонних, тем громче звучал его голос.
Как-то Вера Николаевна зашла в тир и застала там как всегда Фокина, пытающего Кимову, и Розанова, который молча стоял рядом, видимо, ожидая своей очереди.
Фокин, заметив начальство, заскрипел противней прежнего:
- Ну, собирайте, собирайте, что вы копаетесь? Не роняйте, чего вы так торопитесь? На свидание? Опять не сюда сунули. Это какие же курьи надо иметь мозги, чтобы не уметь собрать пистолет из пяти частей!
Кимова трясущейся рукой подняла собранный пистолет.
- И что, по-вашему, из этого теперь можно стрелять? – хмыкнул Фокин, качнув сморщенной лысиной. – Ну, посмотрим-посмотрим… А по мне, так вы глазами больше настреляете, чем этим…
Девушка, закусив губу, осмотрела пистолет, вынула обойму и вставила ее обратно.
- И что вы сделали? Что-то умное, по-вашему? Что изменилось?
- Но я, вроде, правильно его собрала…
- Вроде или правильно?
- Ну, я думаю, что правильно, но вы же сказали…
- И что, что я сказал? Нужно быть самой уверенной, а не слушать, кто что скажет… Вечно бабы за кем-то повторяют, будто своей головы на плечах нет. Стреляйте! Ну, что там еще? Мишень вон она. Пистолет вот он. Не спутайте. Ну конечно, снова мимо…
Несчастная Кимова, шмыгая носом, выпустила пять пуль в белый свет и опустила пистолет. Фокин развел руками.
- Да, голубушка, здорово. Даже мой трехлетний внук отстрелялся бы успешнее. Все надо сначала повторять… Это ж какие надо иметь курьи мозги…
- Андрей Федотович, - вдруг четко и почти не хрипло сказал Розанов. – Вы же устали. Давайте я вас сменю, я буду прямо как вы все делать и говорить, честное слово…
- Ладно, - Фокин, покряхтывая, опустился на стул. – Объясни ей, действительно, может, и сам заодно поймешь. Не возражаете, Вера Николаевна?
Начальница покачала головой с улыбкой. Колин тоже улыбнулся, взглянув на нее, как на какую-то свою единомышленницу, подскочил к Кире, взял у нее пистолет и, быстро разобрав, разбросал детали по столу.
- Сейчас, Кирочка, я тебе все объясню так же понятно, как Андрей Федотыч, - пообещал он, и вдруг как будто скрючился, ссохся, наморщился и заскрипел почти в точности голосом Фокина:
- Это не туда. Это не сюда. Это не то. Это не так. А как нужно? Не знаю, не знаю. Видите, какая вы глупая?
Кира слабо фыркнула. Колин продолжал представление:
- Это что? Пистолет, курьи твои мозги. Как он собирается? Не знаешь? Не возражай, я знаю, что не знаешь!
- Да вот так! – смеясь, сказала Кира и быстро собрала пистолет.
- Неправильно! – громогласно заскрипел Колин, не давая вмешаться настоящему Фокину. – Почему? Потому что я так сказал! Ты вообще баба, и мозги у тебя курьи. А я мужик, - и у меня мозги, значит, петушиные!!!
- А ну хватит! – рявкнула Вера Николаевна, с опаской глядя на малинового Фокина. – Что еще за нахальство, Розанов! Человек вас всему этому, между прочим, и научил! Немедленно извинитесь!
- Извините пожалуйста, - охотно сказал Колин, повернувшись к Фокину, - и извинитесь, пожалуйста, перед Кирой за курьи мозги и все такое. А, вот еще, - он вдруг сотворил земной крестьянский поклон и выговорил, напирая на «о»: