Я покачал головой и снова прижал её к себе.
- Ты знала, что будет больно, и всё- таки согласилась, милая, зачем?
- Я хотела,- она прикоснулась губами к моей щеке.
- Почему это происходит у вас?
- Так всё устроено, у девочек есть специальная пелёночка, предохраняющая от инфекций. А когда…, ну с мужчиной, она рвётся,- Катя говорила тихо, прижалась к моей груди щекой. А я всё никак не мог успокоиться.
- Каше, я ещё, что то должен знать о тебе?
- Ну,- она подняла лицо, и сделала страшные глаза,- есть ещё одна тайна,- выдержала паузу, и зловеще прошептала,- у меня жуткий характер.
Я засмеялся, притягивая её к себе. После душа, я уложил её в постель, завернув в одеяло, и лёг рядом, глядя в её глаза, а она смотрела в мои. В какой- то момент она зевнула, конечно, ей надо отдохнуть. Подтянул к себе, она уткнулась носом мне в бок, и вскоре тихонько засопела. Я рассматривал её лицо, вспоминал, как увидел впервые. Растерянную с красными от песчаного ветра глазами, потом испуганную с держателем для полотенец. Как она висела на канате, первый поцелуй. Измождённую, перепачканную кровью и грязью, но счастливую. Едва живую, с потрескавшимися губами. И сейчас, такую близкую, родную, тёплую. Несколько дней, всего несколько дней. Я коснулся губами её губ, улыбнулась во сне, и, вытащив из - под одеяла руку обняла меня ею. Спи звёздочка моя.
Катя.
Наверное, целую жизнь я не спала так крепко и безмятежно. Где то под ухом мерно стучало сильное, большое сердце. Теперь я этот стук узнаю из миллиона. Улыбнулась, я вчера его здорово напугала, но кто же знал, что у их женщин всё по- другому. Тихонько приподняла голову, убедилась, спит. Прижала губы к груди, ой, как приятно, поцеловала ещё несколько раз, нанося на широкую груди рисунок из поцелуев. Услышала над ухом:
- Каши, что ты делаешь?
- Я нечаянно,- посмотрела в его фиолетовые глаза, - я больше не буду!
Одно движение, оказалась под ним, глупо улыбаясь.
- Будешь, я уверен,- долгий поцелуй. Вдруг как то напрягся,- Катя, а сейчас тебе не будет больно?
Покачала головой и потянула его к себе.
С постели нас поднял Зордек
- Танго, ты не забыл, что Кате и кушать иногда надо,- раздалось из-за двери.
Я хихикала, глядя как Танго одевается и идёт к двери.
- Ребята,- док занёс огромный поднос,- вы завтрак проспали,- посмотрел на меня, перевёл взгляд на Танго,- я смотрю, у вас всё наладилось,- он водрузил поднос на стол,- Катя, ты прям светишься.
Я улыбнулась в ответ, что могла на это ответить.
- Зордек, надо поговорить,- Танго серьёзно посмотрел на меня.
- О, нет, Тан, пожалуйсто,- протянула умоляюще глядя на него.
- Если это не срочно, то давай позже,- поддержал меня док, - а сейчас корми свою каши,- подмигнул мне и вышел.
- Катя, почему ты не позволила мне сказать?
- Тан,- я положила руку на живот, который вдруг решил о себе напомнить,- у нас не принято обсуждать такие вещи с посторонним мужчиной.
- Но Зордек врач.
- Всё равно,- живот забурчал громче.
- Каши, быстро к столу, буду кормить свою спасительницу.
- Но ведь это ты меня спас,- засмеялась я, усаживаясь за стол, по- прежнему кутаясь в одеяло.
- Сначала, ты спасла меня,- он тепло посмотрел на меня.
Он открыл все контейнеры и уселся напротив. Я накинулась на еду, до чего же я была голодной. Танго смотрел как то серьёзно, не торопясь, ковыряясь в своём контейнере. Когда сыто икнув, наконец, откинулась на спинку стула, он поднялся, подошел ко мне, стал на колени, и, обхватив мои бёдра, прямо поверх одеяла, положил мне на ноги свою голову.
- Я так выспался этой ночью, никогда не спал, так крепко и спокойно. Каши, когда ты рядом всё так просто и светло.
Запустила пальцы в его чёрные пряди, сняла резинку, которой он стягивал хвост, одеяло соскользнуло с плеч, но я больше не стеснялась. Моя грудь наполнилась теплом. Снова хотелось чувствовать его поцелуй на своих губах. Он обхватил сильнее, уткнувшись носом в оголившийся живот.
- Каши,- его дыхание щекотало, и я хихикнула,- он поднял тёмные глаза,- каши?
Знала, чего он хочет. Он медленно поднялся, я опустила глаза, нет, вовсе не туда, я просто хотела убедиться, что с его ногами всё в порядке. Провела по тем местам, где совсем недавно были ужасные раны, сейчас виднелись, только чуть розоватые шрамы. Вспомнила, как останавливала кровь, как прижигала. Вдруг стало так страшно, а если бы он тогда умер? Опустила лицо, пытаясь скрыть выступившие слёзы.
- Милая,- он ухватил меня за руки, поставил на ноги,- звёздочка моя, почему ты плачешь?- притянул к себе, обнял, заставив упереться в грудь.
- Тан, я бы не выжила, если бы тебя не стало,- я обхватила его талию, сильнее прижимаясь к груди.