Через долю секунды Луэс оказался рядом. Она неподвижно стояла на вершине скалы. Черное облако кружилось вокруг ее тела, словно смерч.
— Милла! — мысленно произнес он.
Она подняла на него глаза. Этот взгляд был ему незнаком. Казалось, что она его уже не узнает.
— Милла, — тихо повторил он. — Что случилось? Зачем все это?
— А что еще я могу делать? — злобно усмехнулась она. — Скажи, что? У меня даже не получилось вылечить крыло у стрекозы! Я убила ее…
— Пойдем домой. Мы все исправим, это еще возможно.
— У меня больше нет дома. — Она отвернулась.
Черное облако взметнулось ввысь, закружилось еще быстрее. Скала под ее ногами начала плавиться.
— Не делай этого, — мысленно прошептал он, приближаясь к ней.
— Отойди! — она сделала легкий жест рукой, и его отбросило далеко в сторону. — И не пытайся остановить меня!
— Но зачем…
— Ненавижу! — прорычала Милла. — Ненавижу эту планету!
— Мне придется тебя остановить, — мысленно произнес Луэс.
— Попробуй! — она злобно захохотала, нанося еще один удар, отбросивший его за границу атмосферы.
— Черт! — выругался он, через долю секунды снова возвращаясь на Землю.
— Ты ведь знаешь, что теперь я сильнее, — она улыбалась. — Я могу изгнать тебя так далеко, что ты уже не вернешься.
— Ей нужен свет, — внезапно рядом возникла еще одна серая тень.
— Свет? — озадаченно переспросил Луэс. — Крон, о каком свете ты говоришь?
Хранители неподвижно замерли, издалека глядя на черный смерч, кружащийся и затмевающий серое небо.
— Тебе придется пролететь вместе с ней через квазар. Самый яркий. Только так можно рассеять тьму, овладевшую ее сознанием, — ответил Крон.
— Это поможет?
Крон не ответил.
— Почему ты молчишь?
— Свет такой силы смертелен для Хранителя, он может рассеять тебя, словно обычную тень. Единственный шанс уцелеть — если ты будешь в этом теле. Но сможешь ли ты справиться с такой черной яростью?
— Я согласен. — Луэс не раздумывал.
Он кивнул на Миллу, которая неподвижно замерла на вершине скалы, словно ожидая своего часа.
— Нужно найти ключ к ее разуму.
— Сейчас ее разумом овладела тьма, ее сжигает злоба и ненависть ко всему живому.
— Я должен ее остановить, — тихо произнес Луэс.
— Да, — согласился Крон. — Должен. Тьма существует за границей вселенной, но с ее помощью проникла внутрь. Она будет расти и уничтожать одну планету за другой. Думаю, не надо объяснять, к чему это приведет.
Луэс промолчал.
— Пора, — мысленно произнес Крон, молниеносно накидывая прозрачный щит на гору и постепенно уменьшая его.
Черный вихрь дико метался внутри, пытаясь выбраться наружу, но щит был непроницаем. Он уменьшался в размерах, пока вся тьма не оказалась заперта внутри ее тела.
Милла закричала нечеловеческим криком. Казалось, это дикий вопль раненного зверя, бьющегося в агонии. Она не переставала кричать, когда Хранители закрыли ее внутри корабля и намертво привязали к креслу.
— Не знаю, сможет ли щит долго удерживать ее, — мысленно произнес Крон, — В любом случае, тебе лучше поторопиться. Это единственный шанс спасти ее и выжить самому.
— Спасибо, — произнес Луэс. — Буду надеяться, что мы еще увидимся.
— Удачи тебе, — пожелал Крон, медленно растворяясь в воздухе. — Пора. Торопись.
Луэс взглянул на Миллу. Она корчилась, словно в агонии и хрипела.
— Потерпи немного, — произнес он, прикасаясь кончиками пальцев к ее щеке.
— Я тебя убью! — прорычала она, пытаясь освободиться из невидимых оков. — Неужели ты думаешь, что какой-то жалкий Хранитель сможет меня удержать?
Он тихо вздохнул, поднимая корабль в воздух, и направляя его в черноту космоса.
23
Еще никогда он не перемещался на корабле с такой скоростью. Да что там, у него вообще раньше не было корабля! Ему он был не нужен. Серая тень не нуждалась ни в жилище, ни в еде, ни в мягкой постели. Он мог в одно мгновение оказаться где и когда угодно.
Дом и Прыгуна пришлось создать в течение нескольких минут, пока он выводил Миллу из промокшего ельника. Это ей нужна была крыша над головой, не ему.
Решение оставить ее на Земле он принял сразу, как только заметил ее, промокшую и напуганную, под ветвями старой ели. То, что она не совсем человек было видно сразу — вокруг нее медленно кружилось маленькое белое облако. А она его совсем не чувствовала, не умела. Внезапно ему стало интересно, что это за существо, похожее на него, но в теле человека.
Он начал учить ее, снял ограничения с разума, показал и объяснил все, что она могла понять. И вот к чему это все привело. Заигрался.
Луэс бросил взгляд в сторону соседнего кресла, где, шипя и корчась в агонии, находилась сейчас она. Ей было больно, он это чувствовал. Тьма внутри нее раздирала тело на части, царапала, кромсала в лоскуты.
— Милла, — тихо позвал он, — Потерпи еще немного. Совсем чуть-чуть. Потерпи…
Она подняла на него затуманенный взгляд. Холодный. Чужой. Казалось, что она его уже не узнает. Даже в искусственном теле, ему почудилось, что по спине побежали холодные мурашки.
Неужели опоздал… Нет. Он знал, что сделает все, чтобы выдернуть ее из лап черноты. Он не сможет теперь жить без нее. Уже не сможет…
Прыгун дрожал, словно в лихорадке, и казалось, грозил развалиться на части. Мимо пролетали астероиды, маленькие и большие. Вдалеке светились галактики, медленно двигались навстречу, меняли положение и исчезали. Наконец, стало темно. До края вселенной уже не долетал свет звезд. Здесь не было ничего.
Луэс сосредоточился, пытаясь обнаружить в вакууме космоса свою цель. Ему не нужны были мониторы, чтобы все видеть.
— Лу… — вдруг раздался шепот рядом, и он, даже будучи Хранителем, невольно вздрогнул от неожиданности. — Лу, пожалуйста отпусти меня. Мне больно…
Милла смотрела на него, так же, как раньше. Сейчас это была она. Его Милла. Снова.
— Развяжи меня, — тихо попросила она. — Я не сделаю ничего плохого. Обещаю.
— Нельзя! — прозвучал в ушах голос Крона. — Луэс, не поддавайся, сейчас это говорит тьма.
— Ты об этом пожалеешь! — злобно прошипела она, явно подслушав их диалог.
Неожиданно на экране появилось светлое пятно.
— Пора! — Луэс направил корабль прямо к нему, слыша рядом хрипы и страшные проклятия.
— Мы справимся, Милла! — подумал он. — Справимся…
* * *
Свет слепил глаза. Он был таким ярким, что прорывался сквозь плотно сомкнутые веки, заставляя зажмуриться как можно сильнее. Он проник в каждую клетку, причиняя невыносимую боль. От него не было спасения. Я кричала, не слыша собственного голоса. Свет поглотил все вокруг, казалось, он растворил разум и тело. Не осталось ничего.
Откуда этот свет? Я не понимала. Все, что осталось в памяти — стрекоза с порванным крылом. А потом свет начал выжигать меня изнутри, клетку за клеткой. Дышать не получалось, легкие горели, в горле огонь, кожа обожжена. Что со мной? Я корчилась, хрипя и задыхаясь. Казалось, что этой пытке не будет конца.
— Лу! — мысленно кричала я. — Лу, помоги! Убери его.
Я чувствовала, что он сейчас мучается так же, как я. Что с нами произошло? Как мы попали в это адское пламя? Память отказывалась подчиняться.
— Милла! — послышался шепот. — Скоро все закончится. Терпи…
Свет не отступал, но постепенно становился не таким обжигающим, как будто кто-то снизил температуру. Постепенно он начал ослабевать, и теперь казалось, что вернулась тьма — глаза ничего не видели, словно свет выжег зрачки.
— Лу, — тихо позвала я, надеясь услышать его ответ. — Где ты?
— Я здесь, — прошептал он. — Рядом…
Его голос показался мне слабым и каким-то безжизненным. Что с ним? Я с трудом разлепила свинцовые веки, они словно склеились. Боль ушла, осталась странная опустошенность, как будто из меня вытащили все внутренности, оставив только пустую оболочку.
Наш корабль медленно передвигался в темноте, сквозь прозрачные стены с трудом пробивался свет далеких миров. Куда нас занесло?