― Танюш, все в порядке? ― хриплым голосом спрашивает мой преподаватель.
― Д-да, М-марк Ал-лександрович, ― заикаюсь я и пытаюсь успокоить свое глупое сердечко. ― Х-хотите кофе?
― Был бы очень рад. Крепкий, без сахара.
― Хорошо, ― отвечаю я и берусь за турку. Мои руки трясутся, словно у хронического алкоголика. Еще раз глубоко вздохнув и выдохнув, я более менее привожу свои нервы в порядок и варю двойную порцию. Хотя на полке есть банка растворимого, но мой мозг решил по-другому. В квартире стоит оглушительная тишина, да такая, что ее можно разрезать ножом. Я судорожно раздумываю, что произошло такого, отчего преподаватель заявился ко мне лично.
― Ты наверняка думаешь, почему я пришел? ― внезапно спрашивает Марк Александрович, и я вздрагиваю. ― Не бойся ты так, Никитина.
― Да я и не боюсь… ― неуверенно мямлю я.
― Ну-ну, ― с улыбкой говорит он.
Я заканчиваю варить кофе, разливаю его на две кружки и одну ставлю перед преподавателем. Присаживаюсь напротив него и жду объяснений.
― Итак, Танюш, дело очень срочное и не терпит отлагательств. Буквально час назад ректору поступил звонок свыше, чтобы он отправил меня и нашего лучшего студента на международный медицинский форум, который будет проходить в Москве. Миронов провел онлайн-совещание со всеми преподавателями, и мы с Михаилом Андреевичем предложили твою кандидатуру. Ведь на протяжении четырех лет ты показывала отличные результаты по всем дисциплинам, а также вела активную жизненную позицию и отстаивала честь нашего университета. Нам требуется твое согласие и заполнение соответствующих документов прямо… ― он смотрит на циферблат своих часов, ― сейчас. Поэтому, чтобы не терять драгоценное время, спрошу сразу: ты согласна?
Я не пойму, судьба решила меня потихоньку добивать новостями и происшествиями? Ну почему я чувствую себя так, будто мне на голову прилетел кирпич? Что за внезапное слабоумие меня посетило? Боже, Таня, соберись. Прочистив горло, я уточняю:
― Когда состоится форум?
― Через две недели. Заявку мы должны были подать еще в пятницу, но там, видимо, произошел сбой системы, либо письмо затерялось, поэтому вышел такой сумбур. Надо же, большим дядям даже в воскресенье дома не сидится. Ну не нам жаловаться. Так что, составишь мне компанию? ― по-мальчишески улыбнувшись, спрашивает Марк Александрович.
― Э-э, да, конечно, Марк Александрович! Я поеду с вами.
― Давай договоримся, когда мы наедине, я просто Марк, а то меня от этого официоза уже зубы сводит, хорошо?
― Х-хорошо. ― Я уже просто в осадке, если честно.
― Отлично, поехали в универ, оформим документы, а потом можешь быть свободна.
― Да, конечно, я сейчас соберусь, подождите меня, пожалуйста, здесь. Я мигом.
― Жду, Танюш, ― нежно смотрит на меня Марк Ал… Ох. Марк. Погодите, нежно? ― Только поторопись. Мне, конечно, приятно, что ты так смотришь на меня, все же, когда понравившаяся девушка не отрывает от тебя взгляд, это подкупает.
― Что… ― начинаю я.
Марк резко наклоняется ко мне, и наши носы почти соприкасаются.
― Выдохни, милая. Иначе кислород не будет поступать в головной мозг, а ты сама понимаешь, чем это чревато. Иди, соберись, а я пока допью твой очень вкусный кофе.
Я не сдвигаюсь с места. Просто не могу.
― Мне помочь тебе? ― насмешливо спрашивает преподаватель. ― Смотри, я могу. Только не уверен, что сейчас это будет уместно.
Я резко вскакиваю из-за стола, чуть не пролив свой напиток и бегом бегу в комнату. Захлопываю дверь и прислоняюсь к ней спиной, пытаясь устоять на ногах. Мне плохо. Мне очень плохо. Но нет времени анализировать. Все потом. Сейчас мне нужно взять себя в руки, одеться и отправиться в университет.
Глава 6
― Куда-куда ты поедешь с Марком? ― удивленно переспрашивает Катя, недовольно сопя в трубку.
― Куда-куда… На Кудыкину гору собирать помидоры. Ты чем слушаешь: ушами и компотом? Я тебе же сказала: в Москву, через две недели.
― Ох, капельницу мне в зад, вот это новости с утра пораньше. ― И тут я слышу голос Ромы, который интересуется, о каких новостях идет речь. ― Ром, все потом, я немножечко в печали, ― говорит ему Катя и снова переключается на меня: ― А на сколько дней поедете?