Я аккуратно кладу букет на небольшой столик, чтобы он не упал, и бросаюсь к любимому, вцепившись в него так, будто от этого зависит вся моя жизнь. Затем страстно целую его.
― Ишь, чего удумали! Бессовестные! Среди белого дня, гляди, цалуются! Развели разврат тут! ― Неожиданно в подъезде появляется моя соседка, бабушка Анна, и я буквально кожей ощущаю ее негодование, направленное в нашу сторону.
― Баба Анна, простите, пожалуйста, мы больше так не будем и уже уходим, ― переводя дыхание, говорю ей я и тяну Даню в квартиру, поспешно закрывая за нами дверь. ― Фух, неудобно-то как. ― От стыда закрываю лицо руками и пытаюсь успокоить свое быстро бьющееся сердце.
Чувствую прикосновение родных рук, а затем и нежные объятия.
― Не переживай, Танюш, будто она сама не была молода и не целовалась с кем-то, ― успокаивает меня Даня.
― Но сколько теперь разговоров будет у подъезда. И каждый раз, проходя мимо нее, я всегда буду вспоминать сегодняшнюю сцену, ― бормочу я, но уже улыбаюсь ему в ответ.
Затем отстраняюсь от Дани и смотрю ему в глаза. Он тоже не отрывается от моего взгляда, и чем больше мы стоим, глядя друг на друга, тем больше между нами разгорается страсть. Не в силах терпеть, я опять кидаюсь на него и крепко целую. Даня хватает меня за бедра, подхватывая на руки, по пути разуваясь и направляясь прямиком в спальню.
Мы пытаемся стянусь с себя одежду и, добравшись до комнаты, отрываемся друг от друга, приводя дыхание в норму.
― Я очень скучал по тебе, малышка, ― низким голосом говорит мне Даня. ― Но, прежде чем мы приступим к самой приятной части, я хочу тебе кое-что подарить.
Я задерживаю дыхание. Ох, у меня даже мыслей нет, что он для меня приготовил. Даня достает из кармана темных джинс небольшую черную бархатную коробочку, а в это время мои глаза становятся все больше и больше. Боже, неужели там кольцо… Я громко сглатываю. Не шевелюсь, боясь и ожидая этого момента одновременно.
― Это тебе. Надеюсь, все же ты будешь их носить, учитывая твою не любовь к бижутерии и все в этом духе.
Я трясущимися руками принимаю коробочку и неловко открываю ее. Тихий вздох облегчения исходит из меня. И мне сразу становится стыдно за свою реакцию. Таня, это же твой парень! Как ты можешь обрадоваться тому, что он подарил сережки, а не кольцо? На самом деле я не спешу связать себя узами брака ― в первую очередь хочу получить образование. Хорошо, что с работой более менее стабильно, но все равно для меня этого недостаточно. Сдерживая уж очень счастливую улыбку, я аккуратно вынимаю золотые сережки с топазами и рассматриваю их, восхищаясь простотой и в то же время элегантностью.
― Боже, Даня, они прекрасны! Спасибо тебе… ― говорю ему я и крепко обнимаю.
― Давай ты их наденешь, но при этом одежды на тебе быть не должно, договорились? ― шепчет он мне на ухо, посылая волны мурашек по телу.
― Хоро… ― Мой ответ прерывается стоном, стоит мне только почувствовать, как его руки обжигающе нежно гладят меня по спине, спускаясь все ниже и ниже.
Мы снова целуемся, отдаваясь нахлынувшим чувствам, которые долго накапливались в нас, словно зажженный фитиль, искра которого может разнести все вокруг за многие и многие километры. И я даже не сразу понимаю, почему Даня больше не целует меня, а его руки напрягаются.
― Что… ― не успеваю закончить вопрос, как он от меня отстраняется и двумя широкими шагами преодолевает расстояние до окна, начиная что-то разглядывать. И только сейчас до меня доходит, что на улице орет сигнализация. После нескольких секунд Даня срывается с места и выбегает из комнаты. Я недоуменно провожаю его взглядом, а сама подхожу к окну, отодвигая занавеску. Очень внимательно смотрю на освещенную парковку рядом с домом, и на первый взгляд все спокойно, кроме мигания фар одного автомобиля, но, приглядевшись, замечаю человека, сидящего на черном мотоцикле со шлемом на голове. И он будто смотрит в мою сторону, будто... Даня выбегает из подъезда прямиком к своей машине и затем обходит по кругу, а в это время мужчина заводит мотоцикл и выруливает с парковки. Мой парень что-то кричит ему, размахивая руками, но оставляет попытку остановить, как только тот скрывается за домами. Я дальше наблюдаю за Даней, ожидая, когда он вернется ко мне, но, видимо, наши сегодняшние планы отменяются. Звонит телефон, и я отхожу от окна.