― До встречи, Танюш. Ты со всем справишься, я в тебя верю. ― И оставляет меня одну на кухне в подвешенном состоянии.
Вскоре возвращается Катя и настороженно смотрит на меня.
― Что между вами произошло, что Макс вылетел из квартиры, будто ему огромную иглу в задницу засадили?
Я горько ухмыляюсь и качаю головой.
― Странно, что ты не упомянула знаменитый розовый фаллос. Но ты никогда не меняешься, ― говорю ей я, и рыдания вырываются из моей груди.
Подруга заключает меня в крепкие объятия и убаюкивает.
― Шшшш, это просто нервы, сейчас я тебе дам ромашкового чая, сразу полегчает. ― Она видит, что я начинаю плакать еще сильнее, и добавляет: ― Ведро ромашкового чая. ― Вот теперь мои слезы переходят в искренний смех. Катя отстраняется и вытирает мне слезы.
― Прости, просто…
― Не говори об этом. Я все знаю и прекрасно понимаю. Но, знаешь, что я тебе скажу?
― Что? ― интересуюсь я.
― Ты настоящая. Ты искренняя. И бояться вполне нормально, как и запутаться в чувствах. Нет идеала, к которому ты так стремишься, но именно благодаря ошибкам мы можем стать лучше. Ну, если по ним учиться, конечно. А не так, что на одни и те же грабли наступаешь, наступаешь, и в итоге вмятина на лбу. Потом придется обращаться к специалистам. А это больно. Ты, в общем, поняла, да?
― Поняла, ― сквозь улыбку отвечаю я.
― Вот и хорошо, а теперь успокаивайся, давай я действительно заварю нам ромашкового чая, на всякий случай. ― Подмигивает мне Катя и ставит чайник.
За чаепитием я не замечаю, как летит время. Мы с подругой вспоминаем смешные моменты из прошлого, представляем будущее и говорим о настоящем. И я не замечаю, как полностью прихожу в себя, будто и не было моего небольшого срыва. И когда первые сумерки опускаются на город, я понимаю, что пора отправляться домой. Завтра сложный день, и мне нужно быть наготове.
― Ладно, Катюш, я пойду. Вещи собраны, речь подготовлена, я спокойна. ― Встаю со стула и потягиваюсь, мышцы знатно затекли.
― Да, тебе надо выспаться хорошенько и с новыми силами порвать всех, как Тузик грелку, ― воинственно говорит она и тоже поднимается на ноги.
― Конечно, иначе меня порвешь ты. ― Я закатываю глаза и направляюсь в коридор. ― Кстати, когда я приеду, ты просто обязана встретить меня с караваем, солью и частушками.
― Не беспокойся, подружка, все будет в лучшем виде. Только учти, каравай будет в виде клизмы.
Я смотрю на нее большими глазами.
― А ты как хотела? ― удивляется Катя. ― Мы врачи будущие или как?
― Или как, ― ворчу, обуваясь. ― Тебя после окончания обучения ждет иная дорога. Не по тропе медицины пойдешь ты, ― имитирую голос магистра Йоду и делаю характерный жест рукой.
― Вот наградил меня боженька балдой. ― Закатывает глаза Катя. ― Иди уже, магистр с ушами.
Подруга подходит ко мне и крепко обнимает, больше ничего не говоря. По сути, нам и не надо. Улыбнувшись друг другу, мы отстраняемся, я улыбаюсь ей напоследок и выхожу за дверь.
***
Время шесть утра, и я высматриваю Даню, которого еще нет. Через полчаса вылет, а он обещал приехать пораньше, чтобы больше побыть со мной. Рядом со мной стоит Марк и терпеливо ждет. На удивление, это меня не нервирует, а вот отсутствие парня ― очень даже. В руке звонит телефон, и я быстро нажимаю на принятие вызова.
― Алло, ― отвечаю я, а сама все также продолжаю смотреть по сторонам.
― Зая, я опаздываю, ― сокрушается Даня, а у меня словно сердце падает. ― Прости, пожалуйста, у меня что-то с машиной произошло, пришлось вызывать такси, который, как назло, задержался.
― Ты уже где? ― грустно спрашиваю я.
― Не переживай, я подъезжаю. ― И мое настроение чуточку повышается. ― Не улетай без меня, я через пять минут буду.
― Я жду, ― с улыбкой говорю ему и отключаюсь.
― Успел? ― интересуется Марк, выгнув бровь.
― Успел.
― Это хорошо. Плохо было бы наоборот.
― Почему это? ― спрашиваю я.
― Иначе ты была бы подавлена, а я не хочу видеть тебя расстроенной.