― Надежду на что?
― Ты не сказала «не хочу». Хорошо. Тогда ответь мне на несколько вопросов, большего просить не буду.
Я молчу. Марк ждет моего разрешения, а я боюсь того, что он может у меня спросить.
― Ладно, ― с протяжным шумом выдыхаю слово.
Только сейчас понимаю, что мы стоим посередине тротуара, а люди, недовольно глядя и что-то бурча себе под нос, огибают нас. Марк замечает мое смущение, подставляет руку, и я аккуратно кладу свою на его локоть. Затем мы продолжаем идти неспешным шагом.
― Ты любишь своего парня? ― Ого, а мы не ходим вокруг да около.
― Что за глупый вопрос?
― Нет, он важный. Ответь, ― настаивает он.
― Да, люблю, доволен? ― Раздражение в моем голосе настолько красноречиво, что не заметить его невозможно.
― Хм.
― И что это значит?
― Новый вопрос. Я тебе нравлюсь?
― Марк, ну что за глупость?
― Таня…
― Да, нравишься! Как человек! Все? ― Убираю руку, но Марк перехватывает ее и кладет обратно, сжимая мою ладонь.
― А как мужчина? ― Смотрит мне прямо в глаза.
― Марк, дорога в другом месте, ― парирую я. ― И нужно смотреть под ноги.
― Моя дорога ведет к тебе. ― Улыбается он и подмигивает.
― Мне кажется, ты не там работаешь. С такими-то речами. ― Качаю головой.
― Не уходи от ответа. Я тебе нравлюсь как мужчина?
Я не знаю, что мне ответить. Не потому что не желаю обидеть, а все из-за того, что действительно запуталась, где та грань, за которую ни в коем случае нельзя ступать. Хотя я ее уже давно пересекла, начав что-то испытывать к Максу.
― Это неправильно, ― отрезаю я, не желая продолжать этот разговор.
― Неправильно стараться что-то внушать себе, держаться за эфемерное, надеясь, что все будет, как раньше. Не будет. Не нужно бояться признаться себе в чувствах. Здесь нет ничего предосудительного ― это прямой путь к честности перед самой собой, перед своей совестью. А зная тебя, ты лучше отдашь себя в жертву на растерзание, чем позволишь дать чему-то новому открыть твое сердце и стать счастливой.
― Но я и так счастлива…
― Правда? ― перебивает меня Марк, и я понимаю, что мне нечем возразить.
Он что, хирург-экстрасенс? Откуда понял, что у меня не все так однозначно?
― Ты меня пугаешь, ― как на духу признаюсь я.
― Прости, что ты испытываешь именно такие ощущения. Я же желаю ровно противоположные. Мне больше по душе, чтобы ты была от меня без ума, ― ухмыляется Марк, а я его слегка шлепаю по ладони. О, господи, он же мой преподаватель, как я могла так поступить? Видя мой страх, Марк приобнимает меня и шепчет на ухо:
― Каждый разбитый барьер, что отделяет меня от тебя, ― это огромная мотивация идти вперед к своей цели ― завоеванию твоего сердца. Если раньше я думал отступить и дать тебе права выбора, что все, рано или поздно, приведет тебя ко мне, то сейчас понимаю: стоит уступить, то потеряю тебя навсегда. А я этого не желаю. ― Затем Марк целует меня в щеку и отступает. ― Я жду ответа на вопрос.
Вот еще одна вещь, которая мне нравится в Марке ― он тоже все прекрасно помнит.
Опускаю плечи и сокрушенно признаюсь:
― Да, нравишься.
Я не смотрю на него, боюсь просто. Мы идем в тишине еще минут десять, а затем решаем повернуть назад. Тоже молча. Ментальный уровень в действии. Врачи всего мира оценили бы.
― Спасибо, за честность, Таня. Но…
― Но ты все сам понимаешь, ― говорю я и смотрю исключительно прямо.
― Понимаю. ― Боковым зрением вижу его кивок. ― Но не принимаю.
― Никаких чувств, Марк.
― Симпатия ― тоже чувство. И оно о многом говорит. Подуй на тлеющий уголек и разожжется пламя. Вот так. ― Марк внезапно наклоняется и дует мне в ухо, отчего становится щекотно, и я хихикаю, быстро отстраняясь от него. Он тоже смеется в ответ, в его глазах пляшут озорные огоньки, затем взгляд мужчины меняется, и в нем настолько много любви, что я нечаянно спотыкаюсь. Затаиваю дыхание, и ко мне приходит ошеломительное понимание. Даня так на меня никогда не смотрел.