И лишь потом я понял, почему тогда не открылась Лада. Её щит сдерживал влияние Серокожего на всех нас… Недооценил я возможностей его мозга. То, что для нас сознание и подсознание, надёжно отделимое друг от друга – для них давно единое целое. И он скорее позволил себя открыть, намереваясь считать нас так же, как мы его. Только зачем ему эта информация, если он умирает в камере?
Перед отключением сознания послал Славе краткий вердикт:
- Серокожего уничтожить. Он – маячок. Усилить охрану. Они летят.
* * *
Открыл глаза в черно-сиреневом мире. Пол тускло светился, а на лиловом небе мерцали звёзды.
Небе? Нет. Слишком крупные для звёзд, да и не небо – потолок. Потолок гигантского помещения. Я назвал бы его открытым пространством, но где-то за пределами зрения в полумраке так же тускло светятся стены. Я словно на дне гигантского яйца.
Всё тело в какой-то слизи. Не тепло, не холодно, температура в «помещении» постоянная. Слабость в ногах. Это усталость? Нет. Я просто только учусь ходить.
Моё тело как у взрослого индивида, но я делаю всего лишь первые шаги. Но внутри тела уже что-то работает, настраивается. И уходит слабость, уходит головокружение.
Я смотрю на свои руки, на свои четыре пальца и серую кожу. В лиловом мире она кажется почти чёрной. Мрачно кругом. Почему всё не в свете?
Вокруг тысячи таких же, как я. И я отражаюсь в их больших чёрных глазах без зрачка. Но чёрные глаза не означают, что мы незрячи. Я всё вижу… Вижу и различаю цвета. Просто мало цветов, и преобладают лишь два: сиреневый и чёрный. Зато я вижу десятки оттенков этих цветов. Бледно-сиреневый, светло-сиреневый, прозрачно-сиреневый, сиренево-… Боги, да в понятийном аппарате человека и слов то таких нет. Ни слов, ни образа. Человечество ещё с таким не сталкивалось. Или сталкивалось, но не помнит? Кто знает. В моей генной памяти об этих событиях пустота.
Я оборачиваюсь и смотрю на ту же яйцевидную форму своего инкубатора. Оно открыто. Здесь я и вырос, созрел, вылупился. Могу назвать его родителем? Нет. Никаких эмоций, никаких ощущений. Эмоции чужды мне, а ощущения… Я почти ничего не ощущаю. Ощущениям надо научиться. Они не заложены в программе, воспитавшей меня. Никакого сверхразума, что вложил бы в меня всё. Я не ощущаю управления. Я свободен. Связан с себе подобными лишь чем-то важным. Что это? Почему не могу подобрать слов? Слова глупы для этого? Мы общаемся образами? Но как же нам тогда общаться с другими существами, которые не такие, как мы?
Мыслей прибавляется. Ноги несёт вперёд более уверенно. Куда я иду? Куда мы все идём? Мы меняемся одним и тем же образом этого вопроса.
Кто мы? Я идентифицирую себя как «я» или должен говорить «мы», отвечая за всех таких же как я? Нет. Всё же я. Значит я индивид из таких, как я. Но в чём же моё с ними отличие? Мы все как один – одинаковые. Нет и тени различия. Мы словно бледные копии одного и того же существа. Кто это существо? Оно наш Творец? Выходит, что все они это и есть я? Но почему же я тогда упорно не говорю «мы»?
Я должен с этим разобраться… Это очень важно… Для чего-то важно… Чего?
** * *
Свет в глаза. Родной. Настоящий.
Аватар Слава трепал меня по щекам. Лицо хмурое, но сразу посветлел, едва я открыл глаза.
- Я немного не так ваше вскрытие представлял. Зачем позволил лезть так далеко с первого раза?
- Единственного раза. – Поправил я, приподнимаясь. – Второго не будет.
- Я уничтожил его, как ты и просил. Но разве это последний пленный? Возьмём ещё, случись, где найти их базу.
- Дело не в этом. Мы не мелкое Серокожее существо вскрывали, мы вскрывали их Первого, все последующие лишь неполные копии первого. Можешь назвать его их богом. Или предком, что были бы вернее.
- Потеряв способность к размножению, самый достойный продолжил расу в лице одного себя? – Предположил Слава.
- Возможно. Как Лада с Юлькой?
- Как кошка с собакой. Проснулись раньше тебя, но тут же вцепились друг другу в волосы. Пришлось разнимать и раскидывать по разным базам. Теперь вот слежу, чтобы Лада не оказалась слишком близко к телепатке.
- Поссорились? Из-за чего? – Эта новость меня поразила. – У нас почти был ритуал полного слияния.
- Не знаю, не знаю. – Покачал головой Аватар. – Ты взял весь удар на себя, если очнулся последним?
- Наверное… я последнее смутно помню… Но принципиально иным образом я увидел информационный пакет Серокожего.
- И что там было?
- Их мир. Его рождение. Они всё же индивидуумы, несмотря на отчётливое клонирование и ухудшения качества единицы с каждым последующим копированием. Но рождаются без памяти первого. Не сказать, что совсем чистые, как белоснежные листы, но многому учатся уже после рождения.