– Это – определенно считается… – я тяну с нее маечку, и она помогает мне, поднимая вверх руки. – Я еще особо-то и не напрягался… Скорее, наоборот: все как-то больше расслаблялся… Так что… – бормочу я, стягивая с нее еще и трусики, – мне кажется, если я немного напрягусь… Чёрт, Белла! Ты случайно не знаешь, сколько оргазмов подряд безопасно испытывать для женщины? – постанывая, она тихо смеется мне в волосы. – Это очень важный вопрос для нас, маленькая… Потому что мне хочется гораздо больше, чем, наверное, следует… Нам нужно беречь твое сердце… Это очень ценный орган… – подхватывая ее под колени, плавно подминаю под себя, – …который стучит для нас обоих… Так что там, маленькая…? Сколько мы можем позволить себе твоего удовольствия?
– Я думаю, если не работать над этим в отрыве от твоего удовольствия, то… – наши языки периодически сплетаются, и ее слова звучат смазано и возбуждающе. – Мы найдем безопасный баланс…
Я устраиваюсь сверху между ее ног, лицом где-то в районе груди.
– Я бы хотел закрепить несколько открытий сегодня…
Я покусываю, чувствительные ареолы ее сосков, обходя вниманием сами темные вишенки, и судя по тому, как нетерпеливо сжимаются и дрожат ее бедра, я смогу довести ее до оргазма даже играя только с ее грудью. Моё восхищение тут же превращается в потребность и становится первым пунктом на сегодня в наших играх…
– Первое, это то, что моя девочка любит меня ушами…
– М? – постанывает она, выгибаясь навстречу моим губам. Но я только дразню…
– Ты кончаешь… – она шипит, задыхается и постанывает подо мной, – когда я говорю тебе пошлости или нежности… Это – круто…
Втягиваю в себя сосок и жестко, но медленно тру его штангой.
Вся сжимается подо мной с тихим стоном. Выпускаю из плена и снова покусываю и облизываю яркий твердый ореол.
Я наглаживаю пальцами ее второй сосочек, покусывая первый. Сжимаю и глажу напряженные от возбуждения идеальные полусферы. Губы, зубы, пальцы, пирсинг… Я, блять, сам уже готов кончить от этого. А еще – от ее невменяемого и полного удовольствия взгляда.
Она вся дрожит и уже даже не пытается оттянуть меня от моих сладких игрушек. Только всхлипывает и сжимает меня бедрами. Обхватывая ладонями, свожу ее груди вместе, и посасываю и покусываю оба сосочка сразу.
Стоны, всхлипы… Её пальчики сжимающие в нетерпении то мои плечи, то волосы, то простыни…
– Ты так близко уже, маленькая… – шепчу я, резко кусая за сосочек, и она с воплем прогибается подо мной, закусывая подушечки своих пальцев, которые немного приглушают ее сладкие звуки. – Твои пальцы во рту… Это… адски просто… – начинаю задыхаться я, теряя возможность говорить связно. – Пососи их маленькая…
Закрывая глаза, она послушно выполняет мою просьбу, и я, шипя от удовольствия, подаюсь вперед, прижимаясь членом к ее горячей плоти.
Ее губы так мягко обхватывают пальчики, что я моментально представляю их на моём члене, и в нетерпении впиваюсь в ее сосок, подаваясь бедрами ей навстречу. Она вздрагивает… и с мягкими стонами сжимается подо мной, растворяясь в медленном и плавном оргазме.
– Ты такая сладкая… – рычу я в нетерпении. – Такая отзывчивая…
Не в силах отказать себе в удовольствии, я присоединяюсь к ее шалостям своим языком, зубами отбирая изо рта ее пальчики. Она тут же вкладывает их мне в рот, и скользит по моему языку, все время затрагивая пирсинг.
Немного сорвавшись, впиваюсь в нее поцелуем, и мы со стонами сплетаемся языками, просто теряясь в нашей страсти. Но мне хочется еще больше подразнить ее, и я отстраняюсь, заглядывая в ошеломленные удовольствием и остротой момента глаза.
Вжимаясь в нее членом, я медленно-медленно вхожу, чувствуя, каждым своим шариком, как погружаюсь в нее все глубже и глубже. И она медленно моргает, глядя мне в глаза, покусывая губку на каждое скольжение очередного моддинга по ее входу.
– Да, маленькая, – шепчу я, уворачиваясь от ее требовательных губ. – Кончи еще…
Она подается бёдрами мне навстречу, но я не позволяю ей двигаться, фиксируя их руками.
– Нет, сладкая… Без меня… Просто сожмись немного… Несколько раз… – хриплю я разглядывая ее нетерпеливые метания подо мной. От собственной потребности двигаться просто сносит крышу. – Давай… Сожми меня…
Она подчиняется, стискивая мой член, и выгибается подо мной от удовольствия, впиваясь с коротким вскриком мне в плечи, когда я помогаю ей кончить одним резким рывком.
И мы стонем друг другу в шею, пока я плавно покачиваюсь в ней, делая ее ощущения более глубокими.
– Теперь расслабься… – со стоном требую я, удовлетворяя уже свои аппетиты.
И прогибая ее подо мной, начинаю двигаться так, как хочется мне – медленно, сильно, глубоко. Она опять дрожит и бьется, прижимая мое лицо к своей груди.
– Подожди, сладкая… – шепчу я. – Теперь – со мной…
На каждый мой удар она вскрикивает и немного сжимается, делая мои ощущения просто сказочно приятными… И я толкаюсь в неё все быстрее и быстрее, сильнее и сильнее. Мне хочется сделать все плавно и любоваться еще одним ее оргазмом, но очередной ее вскрик полный удовольствия и попытка оттолкнуть меня, а потом, снова, притянуть обратно… рваное сумасшествие ее метаний и криков… так жгуче и так нетерпеливо… И я уже рвусь в ее вибрирующую плоть… ее зубки и ногти – это, блять, больно, но так сладко, что я тоже кусаю ее в ответ, пытаясь отдать хоть каплю того удовольствия, в котором тону сам от полной потери ее контроля над телом. И я взрываюсь, бормоча ей в шею что-то несвязанное и уговаривая сделать это вместе со мной. Теряя окончательно рассудок от ее охрененно сильного оргазма, который встряхивает нас обоих, и заставляет меня просто урчать от удовольствия чувствовать это всё вместе с ней…
– Я умру в тебе, когда-нибудь, любимая… – шепчу я, когда она полностью расслабляется подо мной.
– Задуши меня перед этим, любимый… – посмеиваясь, шепчет она.
Вспыхнув где-то в районе сердца, я внутренне растекаюсь во что-то горячее и удовлетворенное – мой душевный оргазм… Это так сильно, что мне, как и ей несколько минут назад, хочется сначала оттолкнуть ее, а потом, прижать снова. Но я расслабляюсь, позволяя себе просто чувствовать это.
Перевернув ее на себя, я наглаживаю ее упругую попку.
Ее близость – это мой анестетик. Но чаще – просто наркотик, за который я продал душу, сердце, разум, тело и готов отдать всё остальное…
Ее близость – моя главная потребность…
– Так что там с твоим переездом, Белла? – вспоминаю я наш незаконченный разговор.
Я пользуюсь моментом? Конечно, да! Сейчас она вряд ли откажет мне.
– Хорошо, но только…
Я напрягаюсь – мы вроде как договорились уже… Нет?
– Я хочу, но… Нам нужно соблюсти кое-какие формальности.
– Какие, нахер, формальности?!
– Только – не психуй, и не нервничай! Я знаю, что ты сейчас тут, нафиг, загонишься и будешь… Но ты не должен даже напрягаться. И тараканов своих уйми сразу! Даже страшно говорить!!!
– Белла?!
– Это чистая формальность, но она нам необходима!
Я быстро подминаю ее под себя, всматриваясь в глаза – в них паника и нерешительность.
– Какая, нахуй, формальность?!
– У меня сегодня помолвка с Ольваре!
Глава 42
Вдоль и поперек, внутри и снаружи
Ее шея идеальна – нежная, гладкая, и трепещет под моими пальцами. Сдавливаю ее немного, наблюдая, как кожа упруго натягивается.
– Алекс! – одергивает мою руку, но я не позволяю этого. – Это немного больно… и ты странно ведешь себя.
– Да… Думаю это будет немного больно.
– В смысле..?
– Ну, я подумываю, чтобы придушить тебя, Белла. И это будет немного больно. Хотя, если я верну свой член в тебя, то думаю, смогу сделать это без большого дискомфорта…
– Алекс! Давай, я просто объясню…
– Нет. Не надо. Это же просто шутка… – разглаживаю я красные пятнышки от моих пальцев. – Потому что отсутствие чувства юмора у тебя я переживу… В отличие от всех других смыслов того, что ты только что ляпнула.