Во время перерыва я забежала в библиотеку, чтобы пообедать вместе с Терренсом. В то же время он вдруг вспомнил, что отдал в химчистку куртку, а забрать её никак не получается. Я вызвалась помочь, всё равно с почтой уже разобралась.
– Повесь дома в шкаф в спальне, – попросил Терренс, вручив мне квитанцию. – Ещё раз спасибо. Не знаю, что бы я без тебя делал, Дейзи, – он поцеловал меня и собирался вернуться к лекциям. – До вечера!
– Увидимся!
Вернувшись в квартиру Терренса с его курткой, я с любопытством заглянула в шкаф, где пережидала сезоны верхняя одежда. Здесь, оказывается, в компании курток висели ещё и строгие костюмы. Я освободила куртку от целлофанового мешка, поправила защитный чехол на плечиках и повесила на штангу. На этом стоило закрыть шкаф, что я и сделала сначала, но мне показалось, будто среди верхней одежды было что-то знакомое. Дверцы вновь были распахнуты, а я оглядывала ряд серых одинаковых чехлов из-под которых торчали только воротнички курток. Всё бы ничего, однако среди серых, чёрных и бежевых водоотталкивающих тканей пряталось одно-единственное пальто.
По спине побежал холодок, а затылок ощутимо пульсировал, предупреждая о приступе боли. Тёмный плотный воротник пальто. В таких в одном только Бостоне ходят тысячи людей, особенно по осени и тёплой зиме, но почему именно на это пальто у меня такая реакция? Я чувствовала себя снова пятнадцатилетней школьницей, возвращающейся домой после уроков. Колени подгибались, по коже распространялся липкий страх, руки дрожали, а я ёжилась от ужаса. Что в нём такого? Что не так с этим пальто? А, может, это всё из-за рассказа мамы? Она упоминала мужчину в пальто, о котором я сама же ей тогда говорила.
Как бы там ни было, держась за стену, я вышла из комнаты перевести дух. С каких пор меня пугает одежда? Однако, сколько бы я не задавала самой себе наводящих вопросов, страх упрямо твердил об одном – надо осмотреть его получше.
– Да ты просто с ума сошла! – ругалась я сама на себя. – Это… это просто нервы, Дейз, успокойся.
Но вместо того, чтобы в самом деле выкинуть это из головы, я с опаской заглядывала в комнату снова и снова.
– Просто посмотрю, – уговаривала себя я. – И всё, закрою. Я просто посмотрю.
Волосы на макушке задвигались, стоило мне переступить порог спальни. Острожными шагами я приближалась к открытому шкафу, двигаясь так, будто среди одежды прячется голодный дикий зверь, выжидающий удачного момента для нападения. Разумеется, никого и ничего, кроме курток, там не было. Всё же я подошла ближе и аккуратно расстегнула чехол пальто. Отпаренное, чистое. Почти как новое, красивое, но ничего особенного. Интересно, почему Терренс его не носит?
Обычно я так не поступаю, однако с чего-то вдруг решила проверить карманы. Во внешних ничего, а во внутреннем нашла брелок в виде доллара. Старый, местами появились потёртости на краске, маленький, миленький и выглядит очень знакомо. Я точно его где-то видела… Но где?
Пока я думала, у входной двери послышался шум. Терренс! Я в спешке вернула всё на свои места, закрыла шкаф и пошла встречать друга. По пути из комнаты вспомнились фотографии от анонима, на одной из них как раз был брелок в виде доллара. Вот, где я его видела… Нет, нет, нет. Откуда бы у Терренса оказался тот самый брелок? Сколько ему было, когда убили Карен Сайд? Лет десять-пятнадцать? Брелок скорее всего записали как улику, так что, должно быть, этот просто такой же.
С плеч свалился камень, я выдохнула и не смогла сдержать улыбки.
– Так рада меня видеть, Дейзи? – Терренс поцеловал меня, стягивая рукава куртки. – Так скучала? И что-то вкусное готовишь?
– Очень скучала по тебе, – я обняла его, прильнув к груди. – На ужин курица. Надеюсь, ты любишь курицу?
– Я люблю всё, что ты приготовишь, Дейзи.
На кухне позвенел таймер духовки. Терренс оставил очки на обеденном столе и ушёл в ванную. Я тем временем раскладывала ужин по тарелкам, как вспомнилось нелепое подозрение насчёт очков. Вот он, идеальный шанс проверить, что у Терренса со зрением. Я выглянула за угол, убедившись, что мой друг всё ещё в ванной, и примерила очки. Картинка не менялась из-за линз. Сначала я думала, что у нас с ним просто одинаковое отклонение, но в таком случае, фокус сходился бы. Тут же ничего не менялось. Я не знала, что думать. Ладно, есть люди, которым нравится носить очки лишь потому, что они придают им умный вид. Но Терренс носит их так, словно действительно плохо видит.