— Я и не люблю, мне больше нравятся безлюдные места. Просто приехал за друзьями.
Дэвид показывает на их компанию и поворачивается к Рафаэлю, который пристально смотрит на него.
— Раф, что-то не так? — Элис касается плеча друга, и тот вздрагивает, переводя взгляд на него.
— Нет, все хорошо. Просто Дэвид мне кажется очень знакомым. — Дэвид сглатывает ком и незаметно для Элис мотает головой.
— Наверное, перепутал его с кем-то. — Рафаэль встает с места, но всё так же подозрительно смотрит на Дэвида. — Буду ждать тебя дома, родная.
Элис улыбается ему и кивает.
«Родная». — У Дэвида темнеет перед глазами, и язык чешется задать тот самый вопрос, который не оставляет его в покое уже несколько дней.
— Так ты…
— Значит ты…
Начинают они одновременно, и Дэвид облегченно вздыхает, благодаря всех на свете, что ничего такого не успел сказать.
— Ты первая, — говорит Дэвид.
— Значит, ты вообще не ходишь по таким местам?
— Нет, как я уже говорил, предпочитаю тихие места, — отвечает он, вспоминая их совместный поход в ночной клуб.
4 года и 8 месяцев назад
— Элис, я не уверен, что это хорошая идея, и я не люблю ночные клубы, я больше предпочитаю наше кафе, — ворчит Дэвид, пытаясь отговорить свою девушку от похода в ночной клуб.
— Брось, Дэйв, будет весело, я тебе обещаю, — хитрая улыбка трогает его губы, и Дэвид обреченно стонет. Кажется, он никогда в жизни не сможет отказать ей ни в чём.
А ещё Элис что-то решила, её точно никто не сможет переубедить, об этом знают все.
Все проходит неплохо, можно даже сказать, что весело. Элис учит Дэвида танцевать, пока тот топчет её ноги и просит прощение после каждого раза. Потом, бьёт кого-то в лицо, слишком неуклюже двигаясь, а ещё ли не падает на совершенно ровном месте, споткнувшись о свои ноги.
Но всё это пустяки, потому что Элис смеётся, заливисто и громко. Дэвид готов всю свою жизнь слушать её смех, смотреть на её улыбку и любить её больше всего на свете.
Все, действительно, проходит весело, Дэвид никогда в жизни бы не подумал, что в ночных клубах может быть так хорошо. Всё меняется моментально, потому что Дэвид замечает голодные взгляды нескольких посетителей на Элис. А та, как ни в чём не бывало пьёт свой коктейль и разговаривает с барменом, с которым когда-то работала.
«Ревность имеет привкус горечи». — Джеймс всегда так говорил. И в данной ситуации Дэвид чувствует, как горечь мешается с кровью, затапливает сердце и поднимается к голове, затуманивая разум.
Он знает, как это плохо, ревность самое ужасное чувство, которое ломает семьи и жизни, но ничего не мог с собой поделать.
Ему хотелось разбить парочку слащавых морд, только из-за того, что те так откровенно смотрели на его девушку.
Дэвид встает с места, бросает злой взгляд на парней, резко хватает Элис за локоть и тащит её на выход из этого чертова клуба.
Он с силой впечатывает Элис в стену, прижимаясь к ней всем телом.
— Моя. Ты. Только. Моя.
Он целует грубо, жестко кусая мягкие губы до крови. Элис сопротивляется, бьёт его по бокам, и Дэвид наконец отпускает. Хватается за голову и садится на холодный асфальт.
Чёрт, что с ним вообще случилось? У него никогда не было такого.
Элис дрожащей рукой убирает прядь его волос и смотрит. Её красивые глаза наполнены слезами, и Дэвид готов избить самого себя за то, что обидел её, причинил ей боль.
— Прости… я не знаю, что на меня нашло. Прости, пожалуйста.
Элис обнимает его, и Дэвид утыкается лицом в её шею, дышит тяжело и чуть ли не плачет, проклиная себя и свою ревность.
***Элис всегда думала, что утро начинается с будильника, потом, как по расписанию: чашка кофе, пять минут ходьбы до метро и работа.
Сегодня, Дэвид решил, что её утро должно начаться с ласковых и ленивых поцелуев в спину, плечи, шею.
— Ммм… я что умерла и попала в рай?
Дэвид хрипло смеется и поворачивает девушку к себе.
— Нет, ну ты конечно в раю, но ты жива, — глупая улыбка не уходит с лица. — Ты так прекрасна.
— Я точно не умерла? Ты уверен? Ущипни меня, — Элис даже тянет руку, а Дэвид лишь закатывает глаза. Привычный жест.
— Ладно, доброе утро, Элис, сейчас семь часов утра, так что подними свою очаровательную попу и вали на работу.
— О, чёрт нет, я хочу обратно в свой рай, — Дэвид уже собирается вставать с места, когда Элис ловит его руку и тянет на себя.
— Это самое доброе утро в моей жизни, Дэйв, — шепчет она и целует в приоткрытые, все еще пухлые от вчерашних поцелуев, губы. — И это утро подарил мне ты, спасибо тебе.
Дэвид обнимает её так сильно, что даже становится больно.
— Всё для тебя и ради тебя.
Наши дни