Бабушка нечасто предлагала мне сыграть, но раз в месяц мы стабильно играли партию. Это было что-то в роли нашего совместного досуга, когда сопливые сериалы и кровавые детективы по телевизору уже надоедали и надо было придумывать новое развлечение. Она говорила, что это занятие здорово развивает мозг: нужно было придумывать стратегию, просчитывать ходы соперника наперед и умудряться не проглядеть опасность, держа все свои шестнадцать фигур под контролем, а это очень даже непросто.
— Давай на полу?..Не против? — неуверенно спрашиваю я, вытирая пыль с доски влажной тряпкой. С бабушкой мы всегда садились в центр комнаты, подбирая ноги под себя, и эта своеобразная традиция осталась в сердце, нарушать её совсем не хотелось.
— Если это поможет тебе выиграть — хорошо, — иронично произнес Марк, присаживаясь в позу лотоса на ковер. — Я даже уступлю тебе ход белыми.
— Как благородно, — язвлю я, присаживаясь напротив.
Фигуры выстраивают ряды: кони самоуверенно бросают взгляды с вызовом своим черным противникам, ладьи на страже порядка бдят на углах поля боя, слоны косятся неприязненно на врагов, стоящих по диагонали от них, королевы гадко ухмыляются друг другу, пока их короли прячутся за пешими воинами, не подпуская к себе никого ближе одной клетки.
Я смотрю на Марка и чувствую себя так, словно проиграла еще до того, как расставила свои фигуры. Он выглядел очень уверенным в своих силах, крайне спокойным, будто играет с ребенком. Каждый шаг делал расслабленной рукой, поправлял время от времени очки, анализируя сквозь стекло все мои ходы. Казалось, он заранее знал, куда я поставлю фигуру, знал, как я буду действовать и о чем думать. Его прикованный взгляд во время моего хода просто не позволял мне трезво посмотреть на ситуацию, и в начале игры я потеряла несколько важных фигур только из-за собственной невнимательности. Разумеется, он делал это специально!
— Смотри на доску, — нетерпеливо возразила как-то я, не поднимая на него глаза, чтобы не сталкиваться с этими сканерами, которые тут же прочтут мои намерения.
— А в чем дело, Мелори? — заигрывающе спрашивал Марк. У меня и так от желания выиграть разум затуманился, еще он своим голосом сгущает этот пленительный туман. Лучше бы ничего не говорила вообще! Любой ценой надо получить победу, мне нельзя проиграть.
— Ты мне мешаешь...
— Это твои проблемы, Мелори, — вновь произносит моё имя так, вновь я чувствую его острую улыбку. Довелось в порыве эмоций пересечься с ним взглядом, что определенно было ошибкой. Никогда я еще не видела в чьих-то глазах столько азарта и интереса, а он еще и снял очки. Обнажать такие глаза просто противозаконно! — В правилах смотреть на противника не запрещено. Расслабься.
Как бы сложно не было, я решила прислушаться к его словам и относиться к игре более равнодушно, без фанатизма. В случае поражения просто приду к нему на настоящее собеседование, за такое короткое время, надеюсь, он не сможет найти кого-нибудь на место Флинта. А если сможет?... И с этого момента игра у меня пошла намного лучше, я сосредоточилась так, чтобы получать не напряжение, а удовольствие от игры, пусть сомнения иногда и находили лазейки, прокрадываясь в голову. Каждая побежденная мной фигура подливала в меня азарт, хотелось пустить трещины по стальной уверенности Марка и показать, на что способна и что его дешевые трюки меня не сломают.
Дело закончилось моей победой, пусть даже, поставив мат, я еще была не уверена, реально ли у меня получилось. Но да, черный король загнан в безысходность моими двумя ладьями, удачно сыгранная "вилка" отобрала у Марка ферзя, что дало мне отличное преимущество. Даже после поражения он выглядел так, словно выиграл, а я чувствовала себя превосходно, игра заметно меня утомила, но оставила приятное послевкусие, которое не давало усталости сказаться на мне в негативном ключе.
— Браво, Мелори, мои поздравления, — Марк протягивает мне ладонь.
— Это было легко, — при рукопожатии во мне вдруг заиграло самодовольство, было трудно держать его в себе, наконец, я почувствовала превосходство над Марком, хотя бы в шахматах. Я зевнула, показывая, что к игре прикладывала минимум усилий и вообще было скучно. Он засмеялся.
— Я заметил, — неоднозначно ответил Марк, собирая фигуры в коробку с ехидной улыбкой.
— От тебя вообще можно что-то скрыть? — недовольно бубню я и помогаю ему собирать пешки. Серьезно, что он там заметил опять? Чертов сканер, оберните меня в фольгу от его инопланетных лучей, считывающих мозг!