— Ты что, раздвоился? — весело выдаю я, указывая пальцем на того прохожего. — Кто из вас настоящий Марк?
— Настоящего Марка нет, — серьезно отвечает он. Я закатываю глаза и вздыхаю, во мне при виде его бутоны спящих цветов распустились, настроение просто взлетело до небес, а он вновь такой сдержанный и неэмоциональный.
— Опять загадки твои? — я тыкаю в его грудь пальцем и меня ведёт в сторону, ноги заплетаются на месте, но Марк быстро реагирует, придерживая меня за плечо. — Терпеть не могу загадки, — с вызовом говорю ему прямо в лицо, правда, пришлось встать на носочки, чтобы стать наравне.
— Да что ты, — с ухмылкой произносит Марк, и его голос будто становится на октаву ниже, или мне мерещится? — И это мне говорит самая любопытная девушка, которую я встречал?
— Зачем приехал? — увожу тему, чтобы не показать, что его слова меня смутили, хотя алые кончики ушей бесстрастно сдают меня с потрохами.
— Ты не брала трубку, я хотел узнать, как ты планируешь добираться в таком... — его взгляд прошелся по мне с ног до головы. — состоянии. Хотел предложить, довести до дома, когда навеселишься.
— Волновался за меня? — я выгляжу, как кот, наевшийся сметаны, когда игриво провожу пальцем по груди Марка и смотрю исподлобья, лукаво приподнимая брови.
— Волновался, — утвердительно отвечает он, и я чувствую себя победительницей в этой придуманной мной же игре.
— Ну, я еще не навеселилась, придется тебе подождать, — хмыкаю я и направляюсь в сторону клуба.
— И долго? — как всегда спокоен, Марк догоняет меня.
— Без понятия.
Его рука оказывается в моей, когда я нагло затаскиваю его в помещение и погружаюсь с ним в плавающую в битах толпу. По выражению его лица понятно, что он не особо рад оказаться в таком положении, но мне хочется подвигаться с ним под один ритм, покачаться под медленную песню, что сейчас играла из колонок. Я аккуратно кладу одну руку ему на плечо, а второй разглаживаю четко образовавшуюся складку между бровями, как бы говоря ему не хмуриться.
— Я не умею танцевать, — признаётся он мне на ухо, и это отчего-то так умиляет меня. — И мне некомфортно в такой толпе, слишком стар для этого.
— Нашёлся старик, расслабься, закрой глаза и думай, что мы здесь только вдвоём, — я кладу его руки себе на талию и продолжаю попытки перекричать музыку: — чувствуй мой ритм и подстраивайся, всё просто.
На последних словах Марк уже был с закрытыми глазами, недовольство еще виднелось в его плотно сомкнутых губах, но постепенно исчезало, лицо заметно возвращалось в состояние покоя. Его горячие ладони топили меня, как шоколад на солнце, а блондинистые волосы на склоненной ко мне голове щекотали горящие румянцем щёки. Это было прекрасно; невероятная атмосфера вокруг уносила меня в облака, музыка проникала под кожу, выступала покалывающими мурашками, усиливающими эффект. Расслабление и значимый человек рядом, душевное равновесие и отсутствие тревожных мыслей — всё, в чём я нуждалась всё это время. Тогда я считала, ему тоже этого не хватало. И оказалась права; через некоторое время его движения стали плавнее и безмятежнее, медленная песня была очень кстати, иначе, как под нечто спокойное, я танец с Марком и не представляла. А, честно признаться, в тот момент, никакие картинки не тревожили меня: сознание было чисто, как белый лист. В уши сладко лилась песня The Neighbourhood — Softcore.
I'm too consumed with my own life
(Я поглощен своей собственной жизнью)
Мои глаза тоже прикрываются под действием момента, я полностью погружаюсь в остальные органы чувств.
Are we too young for this?
(Может, мы слишком молоды для этого?)
Feels like I can't move
(Я словно не могу двигаться)
Он так приятно держит меня за талию, что я не могу сосредоточиться ни на чём, кроме его присутствия и близости. Когда я чувствую не только руки, но и взгляд, открываю глаза, и от двух мерцающих в фиолетовом свете изумрудов мои бабочки в животе оживают после многолетней спячки.