— Так ты сама попросила, — непринужденно отвечает Марк. Я в удивлении поворачиваюсь на его слова, мой вопросительный взгляд требует объяснений, так как в памяти таких моментов не находится. Получаю лишь ироническое выражение лица и легкое пожатие плечами. — Полагаю, одиночество под действием градуса показало свою нарывающую сторону, отчего ты даже не пустила меня домой, — он поджимает губы в притворном сожалении, но даже так видно, как уголки губ тянутся наверх. Издевается, будто сам живёт не один...а может и правда, не один? — Ещё я заглянул в твой пустой холодильник и ужаснулся. После этого не мог оставить тебя наутро наедине с похмельем, головной болью и ноющим от голода желудком. На деле, я думал, тебе будет в разы хуже, но ты оказалась крепким орешком, хотя лучше больше не пей, — Марк опускается на стул и показывает всю строгость последних слов сложенными на груди руками.
— Спасибо, конечно, но я не просила тебя за мной ухаживать, — медленно отвернувшись от него, я поначалу не понимаю, что испытываю.
С одной стороны, эта забота безумно приятна мне и греет душу, но с другой — я не привыкла к ней и чувствую себя обязанной. Нижняя губа подвергается терзаниям мыслей, и мне уже начинает казаться, что высказалась слишком резко. Только хочу повернуться и что-то сказать по этому поводу, как сверху раздается громкий стук, заставляющий меня вздрогнуть, из-за чего кружка дергается, и горячий кофе попадает мне на руки. Марк мгновенно оказывается рядом, услышав моё шипение, и взволнованно хмурит брови, ласково дуя на ожог. Я забываю о боли, глядя на его вытянутые в форме буквы "о" губы, и невольно улыбаюсь.
— Я, пожалуй, схожу поговорю с ним, — серьезно проговаривает Марк. Даже не дождавшись моего ответа, он решительно выходит из квартиры.
Марк не из тех, кто ведёт себя импульсивно в напряженных, конфликтных ситуациях. Но мне показалось, в его выражении лица было что-то похожее на злость, недовольство минимум. Ему свойственна холодная сталь в голосе и внешнем виде, которая не даёт другим и словом возразить в спорах. Было бы неплохо, если бы после разговора, сосед перестал бы вести себя так шумно. Мне сложно засыпать по ночам, а ещё я часто вздрагиваю от неожиданности, что наверняка нехорошо для психики.
Он пришёл через пять минут, за это время я убрала всю грязную посуду и нетронутые блины со стола, оставив только напитки.
— У них ремонт и двое детей, Мелори, — садится за стол Марк и смотрит расфокусировано в пол — думает. — Длиться это всё будет долго, а мне не нужен в издательстве работник, который садит с собой за рабочий стол еще два мешка под глазами и не видит текста из-за лопнувших капилляров, — преувеличение у него вышло неплохое, я даже поежилась. — Но у меня есть идея. На этаже ниже в моём доме сдаётся квартира, я хорошо знаю её владельца, мы подрабатывали вместе в подростковом возрасте, попрошу его занять место для меня. Поживешь там, а эту квартиру можно сда...
— Не думаю, что потяну квартиру в твоём доме, — перебиваю я, обращая на Марка напряженный взгляд. Перспектива переезда мне не нравится. Я люблю эту квартиру, здесь прошло моё детство, здесь куча воспоминаний о бабушке, все родное и привычное. Перемен касательно работы и так достаточно для разнообразия жизни. Я не хочу...
— Могу помочь с деньгами.
— Однозначно нет, — ответила тверже, чем стоило, но всё моё нутро противится этому. — Я сама заработаю, если это будет необходимо, и не нуждаюсь в чьей-либо финансовой помощи, — Меня не покидает чувство, что я слишком резка, но язык сам говорит за меня, кажется, Марк немного задел мои личные границы своей настойчивостью. Возникает ощущение, что он не предлагает варианты, а решает за меня. По выражению моего лица он уже догадывается, что пора менять стратегию.
— Спрячь свои иголки, ёжик, ты же такое милое создание, — Марк наклоняет голову набок и ухмыляется. До чего хитёр этот зеленоглазый лис. — Реакция была ожидаема, но я всё же решил убедиться. Конечно, ты не возьмёшь деньги, моя самостоятельная девочка. Но рад сообщить, что тебе и не понадобится чужая помощь, ты уже заработала себе на прекрасную жизнь, — своими неоднозначностью и игривым тоном он застаёт меня врасплох. Я сглатываю вязкую слюну под его прищуренным взглядом и не понимаю, о чём идет речь. Мои вопросительно поднятые брови наконец получают ответ: — Сегодня утром меня оповестили о том, что весь тираж твоей книги был распродан. Поздравляю, Мелори, ты получишь приличный гонорар, — ирония на его губах заменилась гордостью.
— Ч..чего? Что ты сказал? — я взволнованно забегала взглядом по его лицу, в неверии пряча улыбку. Счастье резко нахлынуло на меня, подавив все негативные эмоции за долю секунды. Я кусаю губы, чтобы они не тряслись, но вместо них подрагивает подбородок, очертания Марка становятся расплывчатыми из-за застеливших обзор слёз. Быстро сморгнув их, про себя начинаю считать, только бы не залить скатерть, и чувствую, как мою ладонь накрывает теплая ладонь Марка. Короткий смешок вырывается из меня, и я свободной рукой размазываю всё же прорвавшиеся две капли с щёк, стараясь смотреть куда-то в сторону.