На мне был пойман совершенно растерянный, но не в плохом смысле, взор, потому что Мелори перенимала мое настроение и сама непроизвольно хихикнула, прикрыв рот ладонью, зрачки её искрились счастьем, сначала не понимал из-за чего именно: поцелуя или моего смеха, так как скорее всего она в первый раз слышит его настоящим. Но главнее не причина, а то, что сейчас она счастлива, и это видно.
—Теперь ты расскажешь, как мы познакомились? — задал волнующий вопрос я через несколько минут после взаимных ласковых переглядок и нежных поглаживаний, сейчас же продолжал держать её ладони в своих, оставлял на ледяной коже невесомые поцелуи и всячески пытался согреть.
—У меня есть условие, — интригующе заговорила Мелори игривым голосом.
—Слушаю, — я был готов на всё.
—Откройся мне.
Или нет…
—Открыться? — в горле пересохло.
—Мне нужно выяснить причину одного твоего поступка из прошлого. Для этого тебе надо рассказать о своём детстве, родителях, юношестве, мне же интересно, каким ты был раньше. Да и в нашем «до» я совершила ошибку.
—Какую?
—Позволила тебе узнать обо мне всё, не получив ничего взамен. Я самовольно разделась перед человеком, державшим пистолет…и получила пулю, — с грустной улыбкой сорвались эти последние слова, и глаза тут же опустились на руки. —Но больнее не от раны, а от того, что я так и не увидела потемки души человека, который посмел в один вечер растоптать мою. И мне нужно узнать причину такого поступка, а она там, куда не заглядывал никто, даже свет, — она ткнула мне в грудь и смолкла.
—Это тяжело…—ответил не задумываясь, так как был уверен, что до этого пытался, но не смог. —Я закрыл дверь к этим воспоминаниям так плотно, чтобы самому туда не лезть. Они продолжили меня преследовать, выходя за пределы темного угла самостоятельно. Со временем замок заржавел, смазать нет сил, а если совсем снести дверь с петель, пострадает всё.
—Я понимаю, Марк, но это очень важно для меня…— женское личико сделалось таким чувственным: красивые темные брови изогнулись, а губы поджались.
—Можешь рассказать, что произошло, и я сам пойму, почему так поступил, объясню тебе.
—Нет. Мне надо проанализировать самой, — Мелори ответила так твердо, что было понятно: спорить бесполезно. —Разве незнакомке не легче открыться? — на мгновение я засмотрелся на её ухмылку, не замечая ощущения дежавю.
—Незнакомка, с которой я чувствую родство. Ты ошибаешься, если думаешь, что совершенно не знаешь меня. Не нужно копаться в моём прошлом, чтобы знать меня настоящего, — я долго пристально смотрел на неё, а после сдался. —Мне понадобится время, не смогу открыться сразу, но по частям и постепенно, думаю, получится. Буду стараться, Мелори.
Видели бы вы её сияние: в глубокий зимний вечер стало светло, как днём. Ради такой реакции, для её радости, я готов пересилить себя. К тому же, держать это внутри тоже невыносимо. Оно где-то там, на дне, гниет и разлагается, отравляя смрадом всё хорошее во мне.
—А можно мне сегодня один пазлик? — с осторожностью спросила Мелори и прищурилась. Первый раз вижу, чтобы человек так интересовался моей жизнью. И что занимательного она нашла в этой отвратительной биографии…
—Надо выпить, без этого не уверен, что получится.
—Ты же ненавидишь алкоголь...
—Это правда, но должен он хоть какую-то пользу принести в мою жизнь, а не одни разрушения. Моя ненависть к нему возникла не из-за вкуса, а из-за последствий, которые разваливают чужие жизни.
—Хорошо, тогда может выпьем вино? Самый нейтральный напиток, на мой взгляд.
—Пожалуй.
Было принято решение пойти в гости к Мелори, так как моя квартира слишком неуютная для таких приятных встреч. Хотя если вспоминать цель этой встречи, такой приятной она уже не кажется. Ведь мне придётся разрывать свои раны, чтобы как-то компенсировать те, что нанёс Мелори.
И вот я уже чувствую на себе нетерпеливый, искрящийся любопытством взгляд, который заметил на моих щеках румянец, свидетельствовавший о легком опьянении. И это, как ни странно, было для неё зеленым флагом. Откинувшись на спинку дивана, я расслабленно ждал, куда же выстрелит эта очаровательная незнакомка. Все вопросы, которые я предполагал, уже пролетали в моей голове, и мысленно на каждый я подбирал более внятный ответ, размазывая душу в мясо. Мелори заметила, как моя рука напряженно сжимает тоненькую ножку бокала, и спросила то, что не было предсказано: