—Потом они начали пить, верно? — с комом в горле произносит Мелори и поджимает в сожалении губы.
В потоке изложения я все время перебирал пальцы и смотрел в пол, отстраненно описывая мелькающие в мыслях картинки с киноленты. После вопроса мой опустошенный взгляд устремился на неё, и я устало кивнул.
—Вернуть бизнес не удалось, в подвешенном состоянии они находились около года. Мои карманные деньги заметно похудели, не понимая ситуации на работе, я часто бунтовал, чем еще больше отталкивал от себя родителей, но во врем ссор я чувствовал себя замеченным, они обращали на меня внимание, когда я кричал и злился, поэтому подсознательно мне хотелось устраивать истерики всё больше и больше. На деле же с испорченной психикой из-за резкого отвержения самых близких людей я подливал масла в огонь, добивая нервы матери и отца. Так в нашем доме совсем забылось слово «гармония». Какое-то время мы жили только на деньги бабушек и дедушек, которые финансово помогали своим детям справиться с кризисом и встать на ноги. Но что-то пошло не так и эти деньги начали уходить на утешение в виде алкоголя. Пили они, как самая настоящая любящая пара, вместе. Я приходил домой и часто слышал, как в пьяном угаре они орут, обвиняя друг друга в их неудаче. Так дружеская, семейная атмосфера в доме сменилась на вечную ругань с запахом спирта и перегара. Желания идти домой не было совсем, поэтому я часто оставался у друзей, гулял до последнего в компании во дворе, а по приходе запирался в комнате, включая музыку на фон, дабы перебить крики, и в таком хаосе уходил в книги. Чтение тогда здорово меня спасало, заменяя реальность, которую я не мог больше терпеть. В четырнадцать я начал искать себе подработку, потому что дома никто, кроме меня не готовил, а продукты покупать мне было не на что, да и о собственных деньгах оставалось только мечтать. На подработке я очень хорошо подружился с Алексом и его дом стал моим новым убежищем, потому что ночевал я там почти ежедневно. Его родители приняли меня и пожалели, а отец Алекса стал мне вторым папой…
—Так вот значит при каких обстоятельствах ты научился готовить…— подавлено сказала Мелори.
—Не было выбора. Кушать хотелось, а мать лежала на диване без сознания. Я много ссорился с ними из-за этого, хотелось вразумить их вернуться к нормальной жизни, но вместо того, чтобы прислушаться, мне отвечали агрессией и поднимали на меня руку.
—Один раз бабушка ударила меня по лицу, видимо не справилась с эмоциями, я упала на асфальт и ударилась подбородком, — рассказав личный опыт, Мелори хотела меня поддержать. Она пододвинулась поближе и показала рукой на маленький шрамик.
—У меня много шрамов, — с пьяной улыбкой сказал я, аккуратно проводя пальцем по её подбородку.
—Покажи…—осторожно просит она.
—А ты сможешь увидеть мою душу? — продолжал улыбаться, но на Мелори эти слова никакого романтического эффекта не произвели, она лишь изогнула брови и потупила взгляд. Я невесомо поднял её голову и добавил: —Есть один. — пуговицы на моей рубашке начали расстёгиваться под растерянный взор Мелори, на что я лишь усмехнулся, отбрасывая вещь в сторону и поворачиваясь к ней спиной. —Если приглядеться, то под чернилами можно увидеть рубцы. Отец как-то разбил об меня бутылку и порезал спину розочкой, — коротко объяснив, я потянулся за сигаретами.
—Это феникс?... — женские холодные пальцы нежно очерчивали линии татуировки на моей спине, из-за чего кожа непроизвольно начала покрываться маленькими мурашками. Я шумно втянул носом воздух и чиркнул зажигалкой. —Как восставший из пепла? — делится со мной догадкой о значении Мелори.
—Именно, — отвечаю уже с сигаретой в зубах, как бы иронично это не выглядело. —Пепельницы не найдется?
—А что, готов к новому перерождению? — подхватывает со смешком Мелори, и сгустившийся от истории мрак потихоньку рассеивается. Кажется, и правда готов…
—Я долго думал над эскизом, так как наблюдать всю жизнь эти уродливые рубцы и вспоминать тот день вовсе не хотелось. Тогда и пришло в голову что-то символическое, хотелось верить, что я, как эта чудесная птица, смогу преодолеть всё дерьмо и переродиться в нечто новое и лучшее.
—И у тебя получилось, — с гордостью Мелори поднимает бокал и чокается со мной.
—Но стоило это слишком дорого. Мне очень жаль потраченного времени, хотя я понимаю, что иначе бы никак не получилось, напротив, всё вышло лучшим образом из сложившихся обстоятельств.