—Марк, не пугай меня...— я медленно перевожу взгляд на Мелори, ветер закрывает волосами ее испуганное лицо, но в таком состоянии она даже не обращает на них внимания, продолжая жалобно смотреть на меня.
—А что ты делала на обрыве три года назад? — Мелори не ожидала, что и ей придётся почувствовать себя на допросе и что я так быстро переключусь, но мне необходимо это, так же как и необходимо знать историю нашей встречи.
—Я собиралась умереть, но из-за тебя у меня ничего не вышло, — безрадостно хмыкнула она и обняла себя руками, отворачиваясь к горизонту. Мы приехали в обед, но зимой темнеет намного раньше, поэтому солнце уже готовилось садиться.
—Сказала так, будто я сделал это зря.
—Я не жалею, хотя знаю, что все равно не решилась бы, — мы замолчали на какое-то время, задумчиво глядя на открывающийся вид заходящего солнца.
—Знаешь, что я понял? — мой вопрос даже не заставил Мелори повернуться, но она вопросительно промычала, продолжая стоять без движений. —Иногда, чтобы родиться по настоящему, необходимо один раз умереть...и мы вдвоём переродились на этом обрыве.
—Удивительно, — вздохнула она и поежилась, казалось, мои слова прошли лишь по поверхности ее души и совсем не впечатлили. — но твоё перерождение ещё не наступило, Марк, — когда Мелори обернулась и я встретился с её глазами, мне стало не по себе. Пусть скорее всего она имела ввиду, что мне стоит проделать ещё много работы над собой, эта фраза показалась мне странной...
—О чем ты? — рискнул уточнить.
—Всё ещё впереди, — она слабо улыбнулась и неторопливо зашагала к краю.
—Я не понимаю, Мелори...— мне нужен конкретный ответ, почему она считает, что мне ещё только предстоит перерождение. Да и когда, мне ведь уже двадцать семь. Я одернул ее за руку, развернув к себе. Она выглядела пугающе безжизненной, но не внешне. Внешне она озаряла меня спокойной улыбкой и щеки её зарумянились от холода, но я чувствовал, будто ее подменили. Взгляд не выражал ничего, и мое сердце забилось чаще, глядя на эту пустую оболочку. Я схожу с ума?
—Ты любишь меня? — проигнорировав все мною сказанное, спросила Мелори и положила свою руку на мою.
—Люблю...— зачарованно замер я.
—А если я буду падать, ты полетишь вместе со мной?
— она хитро прищурила глаза, словно забавлялась, но так ведь нельзя шутить, стоя на краю обрыва. Мне бы хотелось, чтобы этот вопрос был неудачным приколом, очень жестоким приколом.
—Мелори, теперь ты меня пугаешь, — нервно усмехнулся я. — поехали, пожалуйста, домой, — неосознанно повернулся проверить на месте ли машина, а когда почувствовал, как выскальзывает из моих рук ее ладонь, было уже поздно...
—Я уже дома, Марк, — тихо промолвила она, наклоняясь назад.
Все вмиг замедлилось. Я видел, как тело ее на фоне заката отклоняется в сторону пропасти, а рука, державшая до недавнего времени меня, тянулась мне навстречу. «Не-е-ет!» — отчаянно рвал глотку мой внутренний голос в то время, как ошарашенные глаза цеплялись за безмятежное выражение её лица. Тогда я понял, что не смогу без неё, как бы сопливо это не звучало. Но меня здесь ничего не держит, кроме позабытой родной девушки, которую вот-вот пронзят острые скалы.
Она задала мне вопрос. Вопрос, так и оставшийся без ответа. Но я ответил на него мысленно, пока брал разбег. Все говорят: «она моя жизнь»...а Мелори будет моей смертью. Моим лучшим концом из возможных.
«За тобой хоть в бездну»
черновик.
Темнота настигла меня моментально, выжрала глаза и тело, проникла везде, кроме души, которая стала на мгновение легкой и невесомой. Странное и необъяснимое чувство, будто от меня остались только мысли, лишь внутренний монолог и ощущение свободы. Но пустота, которая мне не нравилась, пустота обнажившейся души, потерявшей свою оболочку. Всё это длилось мгновение, но отпечаталось в памяти неделями, пока я не открыл глаза.
Точнее сделал попытку, когда почувствовал, что меня вновь принимает себе тёплая оболочка, тело...мое тело. Ни мог ни о чем думать, только ощущать запах лекарств, нагло врывающийся мне в нос. Терпеть не могу этот аромат больниц. Опять слышал голоса, как тогда, когда проснулся после аварии...но ведь я не мог выжить второй раз. Упасть с такой высоты и выжить просто невозможно, тогда что со мной?