Выбрать главу

– Легкая прогулка. Да-да, мы знаем. – Голос женщины. Тот, приятный.

Теперь Хорза почувствовал свет. Перед глазами зарозовело. Голова все еще болела, но он приходил в себя. Он проверил тело по нервам обратной связи, оценивая свою физическую готовность. Ниже нормальной; но идеальной она и не будет, пока через несколько дней он не избавится от своей старческой внешности – нужно только прожить эти несколько дней. Он подозревал, что его уже считают мертвым.

– Заллин, – сказал главный, – выброси эту падаль! Он услышал, как приближаются шаги, и, вздрогнув, открыл глаза. Главный говорил о нем!

– Ух ты! – воскликнул кто-то рядом. – Он жив. У него глаза открываются.

Шаги остановились. Хорза неуверенно сел и прищурил глаза от яркого света. Он тяжело дышал, а когда поднял голову, все вокруг поплыло. Наконец ему удалось проморгаться.

Он сидел в ярко освещенном маленьком ангаре, примерно половину которого занимал старый обшарпанный шаттл. Хорза находился у одной из переборок, у другой стояли люди, чьи голоса он слышал. Между ним и группой людей стоял крупный нескладный парень с очень длинными руками и серебристыми волосами. Как Хорза и думал, раирчский скафандр лежал на полу у ног этих незнакомцев. Он сглотнул слюну и зажмурился. Парень с серебристыми волосами разглядывал его, нервно почесывая ухо. На нем были шорты и задрипанная футболка. Он подпрыгнул, когда заговорил высокий человек, чей голос Хорза уже определил как капитанский.

– Вабслин… – повернулся тот к одному из мужчин, – наш эффектор что, плохо работает?

Не позволяй им говорить о тебе так, будто тебя здесь нет! Хорза откашлялся и произнес так громко и твердо, как только мог:

– Ваш эффектор в порядке.

– Тогда, – высокий мужчина улыбнулся, не разжимая губ, и приподнял одну бровь, – ты должен быть мертвым.

Все смотрели на него, большинство – с подозрением. Стоящий рядом парень все еще почесывал ухо, вид у него был растерянный, даже испуганный. Но остальные поглядывали на Хорзу так, будто хотели как можно скорее избавиться от него, и только. Все они были с виду гуманоидами или родственны им: мужчины и женщины, одетые в скафандры, полностью или частично, но некоторые – в футболках и шортах. Капитан, высокий и мускулистый, расталкивая стоявших вокруг него, направился к Хорзе. У него была черная грива волос, зачесанная назад, болезненного цвета лицо и что-то дикое во взгляде и выражении губ. Голос ему очень подходил. Он приблизился, и Хорза заметил в его руке лазерный пистолет. На капитане был черный скафандр, тяжелые сапоги его громыхали по голому металлу палубы. Он шагал вперед, пока не поравнялся с серебристоволосым парнем, который теребил подол майки и покусывал губы.

– Ты почему не мертв? – спокойно спросил главный.

– Потому что я куда крепче, чем выгляжу, – ответил Хорза.

Главный улыбнулся и кивнул.

– Да, иначе бы тебя уже не было. – Он повернулся и бросил короткий взгляд на скафандр Хорзы. – Что ты делал в нем тут?

– Я работал на идиран. Они не хотели, чтобы меня захватил корабль Культуры, и думали, что, может быть, смогут подобрать меня позднее. Поэтому они выбросили меня за борт, чтобы я дождался прибытия флота. Он появится здесь часов через восемь-девять, так что на вашем месте я бы не стал тут задерживаться.

– Появится? – сказал капитан, и одна его бровь снова поднялась вверх. – Ты, кажется, очень неплохо информирован, старик.

– Я не такой уж старый. Это маскарад для моего последнего задания – я принял препарат, вызывающий внешнее старение. Его действие уже проходит. Еще дня два – и я опять смогу быть полезным. Главный печально покачал головой.

– Нет, не сможешь. – Он повернулся и пошел назад, к остальным. – Вышвырни его! – приказал он парню в футболке.

Тот сделал шаг вперед.

– Эй, постой-ка, черт тебя побери! – закричал Хорза, пытаясь встать на ноги.

Он оперся спиной о стену, выставил вперед руки, но парень шел прямо на него. Остальные поглядывали то на Хорзу, то на капитана. Хорза выкинул ногу вперед и вверх с такой быстротой, что парень не успел среагировать. Удар пришелся точно в пах. Парень охнул, упал на колени и скорчился. Главный обернулся, посмотрел на парня, потом на Хорзу.

– Да? – сказал он.

Хорзе показалось, что происходящее забавляет капитана. Он показал на скорчившегося парня.

– Я же тебе говорю, что могу быть полезным. Я неплохой боец. Ты можешь забрать скафандр…

– Я уже его забрал, – сухо ответил капитан.

– Тогда дай мне хотя бы шанс. – Хорза оглядел всех по очереди. – Вы наемники или что-то вроде этого, верно? – Никто не ответил. Он почувствовал, что начал потеть, и остановил процесс. – Возьмите меня с собой. Я прошу только дать мне шанс. Вы в любое время можете вышвырнуть меня, если я вас подведу.

– А почему бы не вышвырнуть тебя прямо сейчас – и дело с концом?

Капитан засмеялся, широко разведя руками. Некоторые засмеялись вместе с ним.

– Один шанс, – повторил Хорза. – Черт возьми, не так уж много я прошу!

– Мне очень жаль. – Главный покачал головой. Корабль и без того уже переполнен.

Серебристоволосый поднял глаза на Хорзу. Его лицо искажала гримаса боли и ненависти. Люди, стоявшие кучкой, с ухмылкой глядели на Хорзу или тихо переговаривались, кивая на него и посмеиваясь. Хорза вдруг понял, что в их глазах он всего лишь костлявый старик, стоящий в чем мать родила.

– Черт бы вас драл! – выкрикнул он, смерив главного гневным взглядом. – Дай мне пять дней, тогда я и тебя уложу на обе лопатки.

Брови капитана поползли вверх. Целую секунду казалось, что сейчас грянет буря, но затем он расхохотался. Потом махнул лазером в сторону Хорзы.

– Ладно, старик. Я скажу тебе, что мы сделаем. Он упер руки в бедра и кивнул на парня, все еще корчившегося на палубе. – Ты можешь схватиться с Заллином. Как ты насчет подраться, Заллин?

– Я его убью! – сказал Заллин, устремив взгляд на горло Хорзы.

Главный рассмеялся. Его черная грива частично нависала над воротником скафандра.

– Так будет справедливо. – Он посмотрел на Хорзу. – Я тебе уже сказал, что корабль переполнен. Ты должен сам освободить место для себя. – Он повернулся к остальным. – А ну-ка подвиньтесь! И пусть кто-нибудь даст этому старику шорты, а то меня от его вида вырвет.

Одна из женщин бросила Хорзе шорты, и он их надел. Скафандр подняли с палубы, шаттл откатили в сторону на несколько метров, и он с железным лязгом ударился о стенку ангара. Заллин наконец поднялся и присоединился к остальным. Кто-то побрызгал ему на гениталии болеутоляющим средством. «Еще повезло, что у него яйца неубираемые», – подумал Хорза. Он стоял, прислонившись к переборке, не сводя взгляда с кучки людей. Заллин был выше всех остальных. Его руки, казалось, доставали до колен и были толстыми, как бедра Хорзы. Хорза увидел, как капитан кивнул в его сторону, и к нему направилась одна из женщин. У нее было маленькое, суровое лицо, темная кожа и жесткие светлые волосы, стоявшие торчком. Все ее тело казалось сухим и жестким; Хорза подумал, что и походка у нее мужская. Когда женщина подошла поближе, он увидел, что у нее покрыто пушком лицо, а также руки и ноги – там, где они были видны из-под длинной рубахи. Она остановилась и оглядела его с ног до головы.

– Я твой секундант, – сказала она, – уж не знаю, будет ли тебе от этого польза.

Это ей принадлежал приятный голос. Хотя страх заглушал все чувства Хорзы, он испытал разочарование.

– Меня зовут Хорза. Спасибо за предложение. «Идиот! – сказал он себе. – Имя свое им назвал. Скажи им еще, что ты мутатор. Кретин».

– Йелсон, – внезапно сказала женщина и протянула ему руку.

Хорза не понял, что значит это слово – приветствие или ее имя. Он злился на себя. Мало у него проблем, так он еще назвал свое настоящее имя. Может, это и не будет иметь значения, но Хорза прекрасно знал, что такие вот мелкие промашки и, казалось бы, не имеющие последствий ошибки нередко определяют разницу между успехом и неудачей и даже между жизнью и смертью. Наконец он понял, что от него требуется, и схватил руку женщины. Рука была сухой, прохладной и сильной. Женщина пожала его ладонь и тотчас отпустила – он даже не успел ответить ей тем же. Хорза совершенно не представлял, откуда она родом, поэтому не придал этому жесту большого значения. На его родине такое пожатие было бы воспринято как недвусмысленное приглашение.