– Ваше величество, – в разговор вмешалась разгоряченная капитан-генерал Фример, – командир батальона демонстрирует полную несостоятельность, не понимание боевой задачи, стоящей перед ее батальоном! Позвольте мне ее заменить, я готова принять на себя временное командование разведбатальоном на период выполнения этой боевой задачи!
– Ирга, черт тебя подери, у тебя что, появилось много свободного времени? И ты не знаешь, на что это время можно было бы использовать?! Так я тебе найду работу, из-за которой ты будешь долго меня вспоминать! Только, пожалуйста, не забудь о том, что батальону этой новой дамы придется воевать с твоими солдатами, которые не желают возвращаться под твою юрисдикцию! А вы, бригадный генерал Журов, чему так ухмыляешься? Это, прежде всего, твоя вина, что майор Доомс понятия не имеет о боевой задаче, которая ей поручена! Так что соберитесь с мыслями и со всеми офицерами своей дивизии проведите совещание по этому вопросу! Дамы и господа офицеры, вам нечего рядом со мной стоять, ничего не делая, займитесь своими делами, помогите другим офицерам успешно провести разведку боем!
Жестом руки князь Иван попросил Зверобоя раскрыть входной люк, чтобы пройти в помещение командного салона, за столом которого генерал майор Лазанья работал с топографической картой.
– Где, Николай? – Поинтересовался Иван, устаиваясь в своем кресле.
– Я здесь, Иван! В своем пилотском салоне, готовлюсь к вылету на разведку!
– Ты видел Каарисию? Что думаешь по этому поводу?
– А что мне думать? Ты же сам слышал ее слова, что хочу, то и делаю!
– Да, с вами, со всеми моими друзьями, мне придется немало повозиться, направляя вас по пути истинному! Но в сегодняшних наших жизнях начинается период, который будет переполнен войнам, нам придется повоевать и с империей Винту, и с государством Каринтак, и с Бенвиллем. И повсюду мы будем вынуждены наблюдать за тем, как будут гибнуть или попадать в госпитали с ранениями наши друзья, знакомые и люди, которые нас поддержали. – Негромко себе в нос пробурчал Великий князь. – Коль, когда взлетишь, то переведи свой сигнал на командный салон.
– Да, я уже вторую минуту в полете! Перевожу сигнал со своего монитора на ваш отсек!
На главном обзорном экране командного отсека побежала картина пустыни. Ни единого приметного пятнышка, кругом был виден один только золотистый от избытка света и тепла песок. Князь Иван аж почувствовал, как вдруг устали его глаза, тогда с каким-то внезапным щелчком на его глазах появились очки со светло-серыми светофильтрами. Иван очки не заказывал и не одевал, он только судорожно их почувствовал.
– Не колготись, старик, эти очки я тебе подарил, чтобы ты лучше видел в пустыне! – Где-то глубоко внутри его довольно пророкотал Зверобой. – Тот участок, который вы собираетесь обозревать, сейчас не очень активен. Мне удалось перехватить одну шифрованную передачу наемников. Так как шифр наемников построен на основе имперского шифра, то мне удалось легко ее расшифровать. Какой-то отце Гарфи проинформировал мятежников о готовящемся ударе землян, правда, совершенно на другом участке фронта. Поэтому наемники были вынуждены изменить расстановку своих сил вдоль оборонительного периметра. Ты, как считаешь, Великий князь, это не тот ли Гарфи, с которым ты о чем-то перешептывался в сегодняшнем сне?!
– Может быть, Зверобой, это тот Гарфи, а может быть, и не тот! Кто знает, пути господни неисповедимы! – Флегматично заметил князь Иван, стараясь далее не развивать эту тему разговора.
– Вражеские позиции! – Голосом Николай предупредил о том, что изменилась картинка на обзорном экране.
Князь Иван повернул голову в сторону экрана, увидел на нем, как под крыльями БПЛА проплывает первая вражеская траншея, которая на данный момент была обезлюжена. Только у пулеметов дежурили пулеметчики, а по траншее взад и вперед разгуливала пара гранатометчиков или энергометчиков. Иными словами, эту огневую позицию роты в настоящий момент оборонял всего лишь дежурный взвод противника. Видимо, это произошло из-за той дезинформации, которую отец Гарфи передал мятежникам. Князь вдруг наполнился острым желанием, прекратить разведывательный полет, вернуть БПЛА, а батальон майора Доомс тотчас бросить в неожиданную атаку на врага. В этот момент он заметил, с каким вниманием и ожиданием Болеро Лазанья смотрит на него. Ежу было ясно, что генерал майор сию минуту переживает те же самые мысли и чувства, с которыми он боролся всего пару минут назад.
– Болеро, хочу поспорить с тобой, что сию минуту ты думаешь о том, чтобы прекратить авиаразведку, а батальон майора Доомс бросить в атаку на этот дежурный взвод? – И дождавшись, когда тот утвердительно кивнет головой, продолжил. – Да, это было бы неплохим решением командира взвода или роты, но дело в том, что у нас батальон, который не обучен воевать, не умеет ходить в разведку, батальон, которым командует немного сумасшедший командир! Так что такая неподготовленная атака может обернуться самым печальным образом для всего этого батальона. Будет лучше, если мы все-таки позволим его командиру подготовиться самому и подготовить своих солдат к такой атаке.
Болеро Лазанья ничего не ответил на эти объяснения командира, а взял какую-то книгу со стола и попросту углубился в ее чтение. Он прекрасно понимал, почему князь Иван так волнуется, так как эта разведка боем имела далеко идущие цели. Через пленного языка Иван стремился узнать о состоянии дел в 12-й охранной, выяснить, кто же ею сейчас командует, чтобы выйти на этого павлианского офицера и попытаться с ним договориться о дальнейших совместных действиях по формированию государства Ассилим.
Вчера утром в гостинице и при большом стечении народа и прессы был подписан Договор о Дружбе и сотрудничестве между великим княжеством Трех Сосен и бедуинским государством Ассилим. Общественность и представители прессы довольно-таки критически восприняли само сообщение, ни один человек не аплодировал, когда проходила церемония подписания Договора. Хотя и Великий князь Иван I и шейх Хусейн расцветали улыбками по любому поводу и без повода, они так и рвались дать какому-либо представителю прессы свое интервью, но его никто из журналистов не просил и не брал. Но опять-таки, в этот момент генерал майор Лазанья снова улыбнулся, на приеме, который был дан в честь этого события, яблоку было негде пасть! Более тысячу гостей в минуту съели все те морепродукты, которыми чуть ранее были заставлены все столы в ресторане. В своей душе Болеро слегка позавидовал Тэгу Торба, который ни на секунду, ни на шаг не отходил от Великого князя, выжимая из того все больше льгот и благодатей для себя и своей супруги.
Болеро Лазанья надолго запомнил и тот момент, когда Великий князь, словно случайно задержавшись в зале, вдруг объявил о том, что его наместником в Ассилиме и в акватории Большого океана станет этот павлианский генерал майор Тэг Торба. Это объявление прозвучало при почти пустом зале, поэтому о нем мало говорили, почти не обсуждали. Хотя оно стало первым политическим шагом на стезе подготовки к войне. По крайней мере, стало ясно, что Ассилим никакой независимости не получит. Это государство войдет в общую упряжку государств воинственного Альянса.
Две женщины с укороченными фазерными автоматами в руках возглавили обе колонны малозиландских парней и девушек в зеленой военной форме, которые пошли в атаку на позицию наемников. Они вели колонны бойцов, избегая открытых и ровных мест, насквозь простреливаемых пулеметами. В одних местах молодые бойцы ползли по песку, не поднимая головы и не отрывая задов от песка, всеми силами стараясь сохранить тишину, не чихать от тонкой песочной пыли, не кашлять. Видимо, дал себя знать великокняжеский разнос, устроенный князем Иваном пару часов назад в связи с выяснившейся неподготовленностью разведчиков к бою. В тот момент князь Иван с удобством располагался в своем кресле в командном отсеке Зверобоя, дышал прохладным кондиционированным воздухом, время от времени выслушивая советы ИРа. Зверобой советовал, остановить продвижение обеих колон, перед тем, как молодежь поднять в атаку, провести артобстрел вражеских позиций. Идея зверобоя была неплохой, но тут выяснилось, что артиллерии, как таковой на месте не оказалась, но это уже был прокол командования на верхнем уровне. Князь Иван написал короткую записку и ее перебросил Болеро Лазанья, а сам в этот момент вызвал капитан-генерала и с ней посоветовался по этому вопросу.