В моих глазах проясняется разлинованная дорожка спортзала: одногруппники забывают про бойкот — так вот, почему со мной не разговаривают, — и смех поднимается эхом до самого потолка. Я спотыкаюсь, лечу носом вниз. Физрук орёт, что мне нужно не на соревы, а к окулисту. Я мешаю Ане Шаховой разбежаться перед прыжком в длину, распластавшись на пыльных половицах. Ноют руки. Доброе утро! Позже: я порчу Вилке Сергеевне финал лекции, спросонья отвечая даты по истории вместо принципа действия микроконтроллера. Не поверите, снова я: вдруг выныриваю из солянки, словно полудохлая амфибия, и чувствую, как Божена хихикает справа, протирая салфеткой моё горящее от перца лицо. Капли стекают по полыхающим щекам, в дверях застывает высокая мужская фигура в пальто и… даёт заднюю. А я уверена: ПОКЕМОН УМАЛЧИВАЕТ ПРАВДУ!
Он что-то знает! Он ТОЧНО что-то знает и поэтому избегает меня!
ЕМУ ЗВЕЗДА! Как только расправлюсь с навалившимися проблемами…
В среду после занятий мы с Любой просиживали штаны в университете. Софья показала нам схему для пайки, заставила её изучить и попросила продемонстрировать меня навыки в действии. Естественно, я не оплошала. Без подтёков припаяла парочку элементов к старому текстолиту. Аспирантка заценила, но серьёзных заданий пока давать не стала. Роль сеструхи в проекте осталась загадкой. Но я не ожидала, что она настолько амёба, не сможет отличить на картинке резистор от предохранителя! Нам с молчаливой Софьей за эту дуру с жвачкой было стыдно.
Вместо кропотливой работы, которой я опасалась, нам вручили по простецкой чёрной кепке в качестве сувенира за то, что вступили в научный кружок. Сеструха брезгливо поблагодарила, ну а мне зашло.
Мы быстро накинули куртки и вышли к остановке. Когда Люба уже заходила в автобус, а я пропихивалась следом, в кармане настырно запиликал телефон. Пришлось принять: Ульяна Игоревна просила подойти прямо сейчас в семинарную, даже не поинтересовавшись расписанием моей группы. Занятия, между прочим, закончились час назад!
Звонок замчихи — это серьёзно. Мне не понадобилось и секунды раздумий, чтобы выпрыгнуть из транспорта между закрывающихся дверей. Чуть не похерила подарок Софьи, но успела удержать его на голове за козырёк. Люба истошно замахала в окно. В итоге, медленно отъезжая, на прощание она прислонила к стеклу фак с острым ногтём.
— Побыстрее, пожалуйста, Алина! — строго донеслось в трубке.
— Хорошо, минут через пять буду. А… зачем?
Но на этом наш разговор завершился. И самое тупое, что навязчивое чувство дежавю не ограждало меня от нарастающего страха…
Перебегая мокрую дорогу, я начала прикидывать, откуда у замчихи мой номер. Так и не вспомнив, обогнула на цыпочках все лужи и острова грязного снега, чтобы не промочить кроссовки. Ещё одно подтверждение — весна. А вечер в театре с голыми коленками точно был ранней осенью. Я взошла по ступеням, юркнула за дверь. Торопилась.
В здании колледжа витал тёплый затхлый воздух. Но вместе со мной из-за уличной створки ворвался сквозняк и разогнал аромат выпечки по первому этажу. В холле, шаркая и присвистывая, расхаживал седоватый охранник. В его старческих руках громыхала связка ключей. Поглядывая на неё, я машинально извлекла из кармана пропуск и прошла через железный турникет.
Подозрительно знакомые звуки…
Наверху меня и вправду ждали. Вбежав по лестнице в правое крыло, я на уверенных щах влетела в приёмную и обнаружила благоухающую Ульяну Игоревну… в компании покемона с лысым дядькой В ПОЛИЦЕЙСКОЙ ФОРМЕ! Попятилась и со сдавленным писком впечаталсь в стену.
Трое тут же повернулись в мою сторону.
— А, ты уже пришла! Проходите, пожалуйста, в семинарную. Я присоединюсь к вам позже, — жёстким тоном сообщила замчиха.
МНЕ ХАНА!
— Да не стоит. Мы сами разберёмся, — отрезал мент.
СО МНОЙ?!
Недовольная замдиректора скрылась в своём кабинете. Я, как мышь, затряслась, пропуская мужика, напяливающего фуражку, вперёд.
Вот так сразу? ДАЖЕ НЕ ДАДИТЕ ПОСЛЕДНЕЕ СЛОВО?!
Я не позволила пройти покемону, устремившемуся в коридор следом за полицейским, — нервно шагнула прямо перед ним к порогу и упёрлась в проём руками. Дыхание участилось.
На горловине вишнёвого свитера повисли очки в металлической оправе. Из-за закатанного рукава на волосатом запястье виднелись массивные часы. Почти как у его папаши! Пряди чёлки выбились из идеальной «неидеальной» причёски и спали на нахмурившийся лоб.