Раз показываете натуралистичные сцены смерти, могли бы после воскрешения и поцелуй забахать! Хотя нет… Никаких поцелуев! Принц вёл себя настораживающе. Совершал много затянутых пауз и финал испортил кислой физиономией! Я бы на месте героини такого типá в свой рот не запустила! Несмотря на то, что он явно пробуждал романтические настроения даже у малолетней любительницы братц и карманных монстров.
— Папа сказал, что будет ждать у ворот снаружи.
С трудом верилось, что мы доберёмся до бати вместе спустя десять лет… Понять только не могла: страшный снился сон или приятный. Мне выпал второй шанс? Узнать, как иначе мог закончиться тот злополучный вечер?
В рёбрах затрепетало от волнения.
— Хорошо. Не торопись, — проронила я и сжала мёртвой хваткой Любину ладонь. — Пойдём.
Мы направились к выходу последние. Голова вскружилась от вида на опустевший зал с высоты ненамного, но увеличившегося роста… Спокуха! Ступни прилегли к стелькам кроссовок, а я принялась с подозрением переставлять ватные после полуторачасового сидения ноги к порогу. Помедлила уже у его края, одёрнув сестру.
Та послушно остановилась.
— Вы что-то забыли? — учтиво обратилась ко мне капельдинер с галстуком.
Хм…
— Н-нет… Нет, извините.
Я решительно двинулась в коридор. Зазевавшаяся Люба грузно поплелась следом, и стоило ей выйти, женщина захлопнула за нами двери изнутри.
Гудящие толпы удалялись в стороны лестниц, располагающихся в противоположных концах — я хорошо помнила, как мы с тогда ещё дядей Мишей поднимались слева, а выбегала я справа… По спине разбрелись мурашки... Сверни мы туда сейчас и смогли бы попасть на закрытую картинную выставку. Только вряд ли в толкучке её оставили без присмотра.
Прости, маленькая Люба. Сегодня не суждено поглазеть на причиндалы.
— Мы придём сюда ещё? — самозабвенно вздохнула сестра.
Я очухалась от навевающих холодок воспоминаний и обернулась к ней. Хороший вопрос… Надеюсь, что нет! Никогда — ни в реальности, ни в любой другой её обнаруженной ипостаси!
— Разве ты не испугалась?
Люба с подрагивающим на макушке хвостом залипала на двухметровой афише спектакля «Пламя». Я не ношу с собой рулетку! Просто способна прикинуть во сколько раз унизили мои полтора метра и шесть сантиметров!
— Испугалась, но… это же всего лишь сказка? — жалобно уточнила сестра, разглядывая лицо главного героя.
— Конечно.
В жизни люди не воскресают.
Из-под стекла и призрачного флёра задумчивости на меня смотрели двухцветные глаза. Два чёрных зрачка, поедающих внимание — вокруг них янтарные кольца, расплывающиеся как блики в тёплом светлом море. По моложавому, но серьёзному лицу разбежались родинки: на гладком подбородке с ямочкой, под слабо улыбающимися губами, на скулах и даже над ровной бровью.
Ля, какая отфотошопленная фифа!.. Позади принца стояли и другие актёры, только я их рассматривать не стала.
По сравнению с собой же здесь он выглядел как малолетний звездюк из мема. Фотограф постарался?
— Ладно, наверное, ба… — Зараза! Батя с мамой ещё не женаты, значит… — Дядя Миша нас заждался. Пойдём отсюда.
— Угу, — пробубнила Люба, нехотя отрываясь от картинки.
Как вдруг раздалось подозрительно знакомое пиликанье...
Грудная клетка сократилась до боли. Дыхание сбилось, за напрягшееся горло молниеносно схватилась злоба. Я проследила, как мелюзга с надутыми щеками достаёт из кармана мобильник, и ощутила лютую ненависть, хлынувшую в кровь.
В тот день она взяла его с собой?! Могла позвонить дяде Мише, но всерьёз решила от меня избавиться?
— Алё, пап?.. М… — Не подозревающая о своём предательстве Люба гордо задрала нос. Этот взмах клювом был адресован мне, замухрышке. — М… Ладно, договорились.
Она сбросила звонок. Понадавливала чпонькающие кнопки, бесцельно открывая то меню, то рабочий экран с красным покемоном, и, напонтовавшись, припрятала телефон обратно в карман.
Я еле сдержалась от того, чтобы не втащить маленькой сестрёнке.
— Папа сказал ждать в буфете. Его задержали на работе.
Звездёшь! Они с мамой сговорились дать нам время побыть вместе с тобой, гнида из Кадетства!
— Значит, посидим в буфете! — прорычала я.
Одёрнула Любу за руку так, что мои косы всколыхнулись.
— А-а-а-яй! Замухрышка, ты чего?!
— Я тебе не замухрышка! — выплюнула я. Проходящая мимо семейка притормозила, явно думая как обойти нас, выскочивших в центр коридора. — Меня зовут Алина! И чтоб ты знала! Твой папа — мой папа тоже! Они с мамой поженятся!