Студент-раздолбай заснул на паре преподавателя, рассказывающего, как раньше «трава была зеленее», и попал в прошлое, в одну с ним учебную группу. М-м-м, приключения! КАК ОРИГИНАЛЬНО! Кажется, здесь пряталась уйма покемонских пасхалок: от липового полицейского в фуражке до нравоучений в стиле «добросовестно учись, не дерись и уважай старших». Пока меня подраздирало раздражением и тревогой, впереди ждал «увлекательный» сюжетный ход — выезд на картошку с песнями под гитару у нарисованного костра. Душевно-то как! Чтобы герой осознал: он полудурок; и очнулся на паре преисполненным желания получить диплом и служить людям. Димон будто всю веснушку поставил, чтобы ещё раз указать мне на неугодное поведение!
Но оставалась крошечная проблемка… Я СЕБЯ С ЭТИМ БРЕДОМ НЕ ОТОЖДЕСТВЛЯЛА! Иди ты на хрен!
Достаточно того, что я пошла на уступки? Умудряюсь здесь числиться! Притворяюсь этим вашем чиканутым активистом! Будь у меня доступ к воспоминаниям о чём-то, кроме шараги, к настоящему веселью — развлекалась бы иначе! Но я достаточно взрослый человек, чтобы суметь понять, что от меня требуется, и честно это выполнять. Только сердцем соглашаться НЕ ОБЯЗАНА!
Я могу стерпеть внимание сотен пар глаз… Пережить ущербность своих стараний, лажовую игру на полурасстроенной измученной гитаре. Вакуум в башке, инородный голос, который почему-то принадлежит мне и вынуждает ёжиться… Любимую испоганенную песню я переживу, которую больше слушать не смогу НИКОГДА! Вихрь адреналина, изнурительного желания быстрее спрятаться и бить себя по щекам до звона в ушах! Я могу пережить то выражения мамы, что кто-то назовёт умилительным, но я — душераздирающим! Унизительный побег в закулисье… ИЛИ НЕТ?! Не переживу?
СКАЖИТЕ МНЕ, ЧТО Я УЖЕ СДОХЛА!
— О, ниндзя! А вот и ты… Не прошло и концерта. Решила запороть подружке номер?
Я шевельнула головой, отмахиваясь от заволокшей глаза чёрной пелены. Возникший посреди полумрака зелёный человек небрежно тряхнул меня за плечи.
Слишком неплох для Шрэка. Слишком безобразен для инопланетян. Хотелось верить в то, что вселенная придумала их более совершенными, не по подобию Ларцева с волосами, стоящими дыбом, как полыхающий фитиль. Парень, ухмыльнувшись, продолжил:
— Вот она женская дружба! Если не собиралась выступать, могла бы сказать сразу. Мы бы подыскали замену! Но ты планировала подставить Божену эффектно, прямо сегодня?
ПОДСТАВИТЬ?! Я должна была подойти в гримёрку после выступления! Но разве я уже…
СПЕЛА.
Оказывается, меня терроризировало тяжёлое дыхание, а где-то под толщей холода, въевшимся в тело, концентрировался жар, что вот-вот доберётся до кожи, покрытой мурашками. Нет… ОПЯТЬ?!
— Ты чё несёшь? Мне просто… — стало страшно? Воняю слабостью! — Просто нужно поговорить с режиссёром! Где он?!
Я бегло осмотрела кулисы, но Димона не обнаружила. В рёбрах болезненно заныло.
Это не галлюцинации, не перенос во времени. Я действительно вышла на сцену… Я вышла… ОН ВИДЕЛ? ПОЛНЕЙШИЙ ТРЭШ! СКОЛЬКО ПРОШЛО ВРЕМЕНИ? КАК ТЕПЕРЬ СУЩЕСТВОВАТЬ С ПОКЕМОНОМ В ОДНОЙ РЕАЛЬНОСТИ?
Он выкатит мне список косяков. Высмеет меня… УНИЧТОЖИТ!
— Дмитрий Владиславович уже в зале, — прикрикнул поверх реплики, доносящейся из колонок, Водоросля. — Скоро ведь последний номер и финалка.
— МНЕ НУЖНО СРОЧНО В ГРИМЁРКУ!
Сейчас я готова не просто измазаться в краске, но и сменить личность…
— Думаешь, Божена успеет тебя загримировать? Бодиарт выходит через минут пятнадцать.
— Отведи меня!
— «Пожалуйста», — насмешливо изрёк Ларцев и крепко схватил за ледяную ладонь.
Рука у него была горячая, разрисованная под языки зелёного огня тоненькими чёрными линиями. Такое художество и вправду не изобразить за короткий срок.
Побоявшись смазать, я не стала вырываться. Послушно двинулась за парнем, прихватив с собой гитару, и мы, обогнули немногочисленный народ. Скрылись за фоновой чёрной шторой: за ней простирался потаённый коридор.
Здесь от зрителей прятали коробки, мешки с мусором, странные палки и нечто неразборчивого вида и применения. Из-за нескольких этажей схороненных в углу парт, мы завернули на лестничный закуток, тускло освещённый лампочкой и уличным светом, пробивающимся сквозь приколоченные доски. Позади раздавались сдавленные звуки концерта. Пальцы Ларцева лишь сильнее впивались. Мы протиснулись между уже выступившими артистами, и, видимо, попали в пункт назначения. Из-за дверного проёма виднелась гора шмотья.