Длинные каштановые волосы были заплетены в две косы. Её одежда: джинсы, затасканная футболка, словно принадлежали… мне. По неизвестной причине я испытала ошеломление...
Тёплые карие глаза изучали бережно, словно девчонка боялась шевельнуться и случайно выпроводить из меня дух. А я, вытаращившись на неё, просто училась заново дышать.
Гулко глотала залпом воздух.
— Слава богу, ваша подруга находилась поблизости.
В обзоре показалась женщина с накинутым на плечи белым халатом. Родимое пятно на подбородке вынудило меня разинуть рот шире, как рыбёшка, выброшенная на сушу.
Мы втроём находились в больничной палате, плотно обставленной пустыми койками. Одна из них, на которой я себя и нашла, почему-то была мягче санаторской кровати.
Наверное, такие койки могли бы стоять… в раю. Я всхлипнула, едва ли не потеряв сознание от боли в солнечном сплетении, но спохватилась:
— А…
— Он тоже в порядке, — осекла меня Божена, не переставая ласково улыбаться.
Оказывается, я до сих пор давилась слезами. Только теперь в груди что-то разомкнуло, и они обрушились по щекам беспрепятственно.
Я вымученно прикрыла веки. Услышав о том, что Дима живой, я могла бы позволить яростной истерике взять надо мной верх. Она уже принялась потрошить меня мелкой судорогой. Только необъяснимое присутствие аспирантки не давало окончательно отключиться.
Глаза с трудом распахнулись, и через опухшие щёлки я увидела, как нахмурившаяся Софья пялится:
— О случившемся нужно уведомить ваших родителей.
— Нет, пожалуйста, — как могла, умоляюще забормотала я. Растёрла мокрое лицо, которое почти не чувствовала. — Только не…
Все догадаются. Если уже не догадались… Они поняли, что я и Дима находились на пляже вдвоём? Что на это скажет батя? Я даже не знаю, по какому поводу сильнее он выйдет из себя: подвергнуться смерти или проводить время с мужчиной… Со взрослым мужчиной! Похоже, что это прозвучит похуже смерти.
— Софья Николаевна, отцу Алины нельзя волноваться. Пожалуйста, не рассказывайте. Всё ведь обошлось?!
Голову повело. Я обмякла на кровать, и затылком ощутила пуховую подушку. На мне леденела мокрая одежда, стыли косы и, кажется, мозг.
Но я ещё немного поднапрягла встревожившиеся извилины.
Откуда… Откуда Божена знала про здоровье моего бати? И аспирантку лично… Софья ведь из университета, а Божена из колледжа. Я не припоминала, чтобы она ходила на кружок радиотехники…
Когда я успела ей всё рассказать? Особенно про мои чувства к режиссёру… БОЖЕ!
Всё ушло на второй план.
Он снова жив. И на этот раз я не забуду тебя поблагодарить… Спасибо, кем бы ты ни был… Ни была… Бред какой-то… У меня переохлаждение!
Я стиснула челюсти, прерывая накатившую дремоту.
— Не позвоню я, значит позвонит Олеся.
— Если вы не расскажете, она не узнает! — раздалось отчаянно справа. — Она думает, что я подхватила ротавирус, и меня сопровождают в больнице.
— Олеся тоже здесь? — напугано шепнула я, не глядя.
Воркует, наверное, над режиссёром. Мне нужно быстрее у него спросить, зачем он это сделал…
— Нет. Олеся вместе со всеми, на галке.
Я прислушалась к повисшей загадочной тишине.
Всё, вплоть до неприятного шума в ушах, предвещало простуду. И последний шанс разобраться. Клянусь, я буду максимально наблюдательна…
Больше всего на свете Смирнова Божена любила поступать правильно и мастерить костюмы с декорациями. Поэтому она сидела здесь, со мной, врала сотруднице университета, приехавшей в один с нами санаторий в отпуск. Что она здесь делает?
И каким неведомым образом Божене удалось спасти нам жизни?.. Меня прострелило воспоминанием о том, как я послала девчонку в автобусе.
— Почему ты не на концерте?
В черноте опущенных век плясали мушки. Я тревожно ловила каждую взглядом.
— Потому что ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь.
Я зашлась мурашками. Медленно разлепила глаза и попыталась сосредоточиться на красивой худой девушке, зачем-то закосплеевшей сегодня мой внешний вид.
Только кроме привычной улыбки ничего не разобрала. Никаких обид у любительницы булочек с изюмом… Ну надо же.
Я не выдержала. Исподтишка перевела подозревающий взгляд на Софью, а она — вправо, на чей-то взрослый женский голос, донёсшийся словно из коридора. Наверное, это была врач.
Аспирантка кивнула и поспешила выйти из палаты.