А Димон, оказывается, теперь и куратор? Разве не кураторы этим занимаются?
Я растерянно отодвинулась от Димы, уступая дорогу суетной замчихе со стопкой вкладышей с гербами.
— Живее, — она всучила их режиссёру и принялась подталкивать его за плечо.
В меня угодил безэмоциональный короткий взгляд, хоть немного дающий понять, что Дмитрия Владиславовича ещё заботит моё существование. Затем режиссёр послушался свою начальницу. Двинулся вместе с ней в противоположном от нас с девчонкой направлении, выслушивая новый список указаний.
Я метнулась к Божене. Взяла за руку и тревожно выпалила:
— Ты не обижаешься?!
Заскучавшая девчонка оттолкнулась от стенки и слегка изумлённо приоткрыла рот:
— Нет, конечно. А есть на что?
По коридору пронёсся смех. Сверху спускались студенты.
— Я… я… просто вспомнила Сочи. Когда мы уезжали из больницы, где ты была?
— На галке, — ухмыльнулась девчонка. — Где же ещё?
— О! У меня до сих пор камни остались в мокасах! — Меня вдруг кто-то грубо схватил в объятия, потеребив за плечо. Чуть не до сотрясения.
Так, а ещё по спиртовому амбре я быстро поняла, что это Ларцев, ржущий на половину шараги, снова испортил наш никогда не клеящийся подолгу разговор с Боженой.
Я, дыхнув в сторонку, еле вылезла из-под его тяжёлой руки. Осмотрела красную ленту, надетую поверх белой рубашки с коротким рукавом. В образ выпускника ПТУ входили также пирсинг, джинсы и обувь с местного рынка на босые ступни.
Чтоб он знал! По сравнению с костюмами Дмитрия Владиславовича его гардероб ПРОСТО ОТСТОЙ.
Водоросля пошатнулся между мной и Боженой. Прислонился выцветшей головой об стену и, видимо, решил вытряхнуть сочинские сувениры нам под ноги. Очень приятно…
Его друзья-недотёпы двинулись вниз по лестнице. Наверное, в «курилку», существование которой упорно отказывался признавать директор.
Рома, ковыряющийся в обуви, выглядел мало соображающим, и я невольно представила, на какую свинью походила, когда согласилась с ним бахнуть. Или в какие-то другие моменты своей жизни…
— Прошу прощение, леди.
Об линолеум ударился мелкий камушек. Божена следила заинтересованно, поглядывала то на меня, то на Водорослю. А я пялила брезгливо… До того момента, как не остановила взгляд на большом пальце его голой ступни.
На нём была набита татуировка бабочки.
Мне стало резко не по себе… Где-то я её уже видела!
— Что это у тебя? — Я кивнула вниз, наблюдая за тем, как Рома, жалкий и бухой, не может прицелиться в рухнувший на пол мокасин.
— Татуха? Символ, олицетворяющий… путешествие души. При жизни и после смерти… — Божена загадочно хмыкнула в ответ на бормотание Водоросли. — Пхах! Кароч, я проспорил. Братан прямо на вписке набил тридцать первого августа. Нравится?
«Паршивая девчонка! Отвечай! В каком гадюшнике ты торчала?! Почему мне звонила ваш новый куратор?! Почему она сказала, что тебя не было первого сентября? ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛА!»
Я жалобно замотала головой, отмахиваясь от стального батиного голоса.
— Да брось, Алин! Прикол же. Хочешь, набьём тебе такую же сегодня после вручения? На память…
Я окаменела от его предложения. Судорожно сглотнула и… дёрнулась от испуга. Из-за спины раздался убийственный голос Любы:
— Две бабочки в знак любви, Ром. А что означают три?
__________________________________________________________________
Мои хорошие, приглашаю вас в мой tg-канал, чтобы быть всегда на связи: Читай DRAGONFLY (ссылка есть на литнет в графе "обо мне")
Сейчас там проходит голосование на "настройки" любовного рассказа. Вы можете выбрать, о чём я напишу на канале на этой неделе💖
38. Повод для упрёков
Вот это поворот… Неужели она набила себе такую же татуировку?! Батя свернёт Любе палец. Ощущение дежавю меня окончательно разочаровало. Я не впервые уставилась на разъярённую сестру. На пошатывающегося Ларцева, на выпускной которого она притащилась. Снизошла с универа в шарагу. Тупица… Кто прячет символ любви в вонючем ботинке?!
— Проваливай отсюда… — Люба осеклась. Явно хотела обозвать, но лишь в её глазах промелькнула бессильная ненависть. Я припомнила, как успела по ней соскучиться в поездке, и дала себе слово больше никогда так не обжигаться. — Тебя искать заколебались!
Кто?!
— Вы с Алиной знакомы?!
— Представь себе, Ром. Это моя сестра!
Я оторвала от Любы взгляд только для того, чтобы увидеть дурацкое лицо Водоросли.