– Она ведь уже знает, что мы все тут? – снимая паутину с головы, прошипела я.
– Конечно, и это нам не на руку, – проворчал манул. – Но уследить за всеми не может. Нельзя же растить котенка и медведя дома одновременно.
– Вообще-то можно... Но намек я поняла: пока красотка следит за ребятами, до нас ей дела нет.
– Ну, на самом деле, ночница в курсе, что мы тут где-то околачиваемся, перемещаемся с места на место. Вопрос в том, кто ей сейчас больше интересен. – Кот прищурился. – И я искренне надеюсь, что это не мы.
– Стой.– Остановила я манула, как только тот дотронулся до ручки двери. – Так или иначе, у нас будет пара секунд, чтобы собраться и что-то предпринять.
Котяра непонимающе выгнул бровь.
– Я про то, что если она следит за опергруппой, то стоит нам появиться и сказать хоть слово про морок, как эта тварь тут же схавает нас. Это если она наблюдает за ними. В принципе, то же самое ждет, если ночница бдит за нами. Как ни крути, мы в... – задумалась я, пытаясь подобрать более культурное слово. – ... в проигрыше.
Домовой задумался, сведя брови, и медленно начал мерить проход шагами, то потирая пушистой лапой подбородок, то стуча коготками по губам.
– Телефон же здесь не работает? – будто перепроверяя свои наблюдения, спросил он. Глядя на экран моего сотового, что показывал отсутствие связи, кот невесело кивнул, мол: «Ничего не изменилось». Внезапно остановился и, переведя задумчивый взгляд с моего лица на ладони, увидал красную нить на запястье. И тут его как осенило. Аж глаза ярким огнем мелькнули, а мордочку озарила настоящая улыбка.
– Связь! Ну как же я мог такое забыть? – Восторженно прошептал он, задрав указательный палец вверх, в подтверждение правоты своей мысли. – На кой нам ваш интернет, когда у нас в наличии истинная пара!
А ведь идея и правда хорошая, только вот ответит ли Кирилл на мой «вызов» или сбросит, как в прошлый раз?
– Давай, давай! – Подбадривал кот, схватив меня под локоть мягкими лапами. – Сообщи своему суженному, в какую, кхм, неприятность мы все попали.
– Ладно! – Недолго думая, согласилась. – Но он может не ответить.
– Он что, дурак? – Уставился усатый, глядя исподлобья.
– Это сложный философский вопрос. Но в целом, думаю, да.
– Ну, надеюсь, не настолько, чтоб проигнорить сейчас.
Я, мягко говоря, поражаюсь словарному запасу Шерстоплюя. То он вещает на старорусском, что лишний раз без помощника не обойтись, то выкидывает словечки по типу «игнорить». Вот кто действительно сокровище для филолога.
Недолго думая, я присела прямо на грязный пол, уже не переживая за сохранность чистоты одежды. Все равно же будет, если погибнем тут сегодня, чистые ли джинсы на мне или в пылище, а уж если и выберемся, то явно не в самом лучшем виде. Облокотившись спиной на стену и уперевшись затылком в холодную плитку, я закрыла глаза.
Отчего-то состояние спокойствия искать долго не пришлось. Постепенно, словно тягучий мед, сознание заполнялось уверенностью. Я даже не могу сказать, откуда взялось это странное чувство абсолютного контроля над ситуацией. Мои ли это эмоции вообще? Но так или иначе, тонкая мерцающая серебром нить появилась спустя пару минут. И, как и в прошлый раз, я двинулась к ее источнику.
Но вот что интересно, никакой стены, сколько бы ни шла, не находила. И вроде уже пора бы дойти до конечной точки, а ее всё нет и нет.
Неужели что-то не так? Легкая волна паники поднималась где-то внутри души.
«Это неправильно, тут что-то не то – била наотмашь, подкрадываясь, истерика.
Кто-то коснулся плеча, заставляя вернуться в реальность.
– Кир, всё норм? – Встревоженно смотрел Слава.
– Да, всё ок. – Взволнованно отозвался парень. – Просто... не знаю... нервничаю, что ли.