Ничего похожего на панику или истерику. Наоборот, какое-то необъяснимое принятие настигло в один момент.
Резкая встряска. Кто-то одним взмахом поднял меня на ноги, дернув за плечи, словно тряпичную куклу. Я тут же обернулась.
– Не... тут, – как под водой донесся голос Славы. – Да... ди... а... ход.
– А? – прокричала в попытке услышать собственный голос.
Кажется, это он ворвался в подсобку. А дальше... А что же было дальше? Я пыталась отползти подальше в темный угол, но что-то так громыхнуло, что штукатурка посыпалась с потолка, засыпая глаза и превращая русые волосы в седые.
Медик с серьезным лицом схватил меня за руку и вывел на свет, исходящий от ярко голубой вывески с надписью “Рыба”. Легонько коснувшись шершавыми пальцами подбородка, он повернул мою голову вправо и приподнял прядь волос, закрывающих ухо. Глаза его были сердитыми. Кажется, он выругался.
Боковым зрением я уловила движение сбоку. Кирилл и Ксюша уже подбежали к нам. Взгляд зеленоглазого не сулил ничего хорошего.
– Что случилось? – по его губам прочитала я.
Медик прищурился, словно что-то в бывшем химике было не так. И резко, двумя пальцами повернул его голову в сторону. Белые кудряшки блондина были выпачканы кровью в районе уха. Парень тут же борзо дернул головой. Кажется, Слава снова выругался.
– Попала под ударную волну. – так же, по губам медика, прочитала я. – Ты нормально слышишь? – обратился он к Кириллу.
– Не жалуюсь. – резко бросил он.
Голова продолжала гудеть, словно улей с миллионом пчел. Я неприятно поморщилась, что не ускользнуло от зеленоглазого.
Неожиданно он схватил меня за плечи и строго посмотрел в глаза. Он что-то говорил, а я не то, чтобы не слушала, я даже не пыталась понять, что он там затирает с взволнованным видом. Все внимание сосредоточилось на подпрыгивающих в негодовании кудряшках, что так ярко выделялись своим новым цветом. Руки чесались дотронуться до них, отвести в сторону, огладить раненное место. Сделать всё, чтобы он не чувствовал боли.
– Аня. – пронзая тишину, вторгся голос в мое сознание.
Кирилл неожиданно взял мое лицо в свои ладони. Яркие, наполненные тревогой глаза встретились с моими. Все труженицы пчелки наконец стихли и подарили покой мыслям и несчастной голове.
Он был так близко, что мятное дыхание касалось горячих губ. Я видела каждую черточку, каждую морщинку на уставшем, осунувшемся лице. Даже маленький, едва заметный шрамик был запримечен над правой бровью. Потрескавшиеся бледные губы... Безумно хочется дотронуться до них...
– Аня... – голос лился в мыслях.
Томный выдох. Как же много можно передать при помощи телепатии.
– Я знаю, что ты чувствуешь... – продолжил он. – Но... сейчас не время.
Словно ушат ледяной воды опрокинули на меня. Как будто разум резко проснулся и прибывает в легком шоке от того, что тут натворило тело в его отсутствие.
“Чего? Что я вообще творю? Какого спрашивается этот хмырь болотный держит меня за лицо и рассказывает о моих, внимание - МОИХ чувствах?”
Как ошпаренная я дернулась от парня.
Кирилл сначала очумело, а потом ядовито уставился на меня. Во взгляде прямо-таки читалось: “Какая же ты сука, Аннушка.” Но произнес он совершенно другое:
– Не мешайся. Найди место, где тебя не придется спасать.
Отчетливо, жестоко, как пощечина, прозвучали его слова.
– С радостью! – отозвалась я, стараясь вложить всю злость в голос.
– Мне так нравится наблюдать за вами. – сиплый, скрипучий голос разнесся над головами.
Озираясь по сторонам, мы пытались увидеть источник звука. Ребята тут же встали плечом к плечу, образуя круг. А так как мне не удалось хоть где-нибудь укрыться, то так же попала в круг. Справа от меня расположился Слава с непойми откуда взявшимся луком из темной древесины. Стрела уже была вложена в гнездо, а тетива натянута до предела. С другой стороны стояла Ксюша с клинками в обеих руках. В свете несчастной голубой вывески на матовом лезвии мелькала полоска кровостока.
Как-то я совершенно не подготовилась. Один белке в глаза с пятисот метров попадает, другая перо под ребро за секунду отправит, и я... Просто Анна. Не человек, а двуногая слабость.
– Вы такие немощные! – скрипучий голос вновь дал о себе знать.
Бутылка вина полетела с красивого деревянного стеллажа на серую каменную плитку, оставляя за место себя осколки темно зеленого цвета и бурое липкое пятно на полу. Не успела я обернуться, как стрела со свистом уже улетела в надежде поймать обидчика красного вина. Но месть не состоялась.