- Найди мне Крауза, Сережа, - Степан Федорович как-то по-отечески похлопал того по плечу, - нам нужен главарь, остальные пешки потом итак за ним на дно пойдут.
- Кретов утверждает, что не знает создателя, вот я и думаю, может Артур будет более сговорчивым, - Сергей не верит Кретову, это слышно в его выражении, но пытки, к сожалению, у нас запрещены. Поэтому просто так информацию из него не вытянешь.
- Да знают они все, просто боятся! – Ломакин нетерпеливо затопал по помещению, - Видимо их кто-то очень сильно запугал, что они даже в тюрьму готовы сесть, лишь бы не выдавать самого главного босса. Я уверен, Артур тоже не выдаст своего начальника, поэтому надо думать, где его искать.
- Все сделаем, товарищ майор, - деланно доложил Сергей, разве что честь не отдал.
Когда за Степаном захлопнулась дверь, я принялся восхвалять друга:
- Серый, ну ты, конечно, красавчик! Как ты его, а! Я смотрел и прям наслаждение получал.
- Ой, да перестань, это моя работа. Не в первой.
- Ты сейчас поедешь искать Артура? – переключился я на более важные задачи.
- Да, будем надеяться, что до него еще не дошли слухи о задержании подельника, и он никуда не слинял раньше времени, - он сгрузил в папку документы и направился к двери.
- Спасибо, Сереж, - искренне поблагодарил я его, - как что-то узнаешь, набери мне. Я отъеду ненадолго.
- Хорошо, только будь осторожен, Алекс, мы еще не всю шайку поймали, поэтому разгуливать по улице для тебя до сих пор небезопасно.
Мы разошлись, и, уже стоя на проспекте и вдыхая теплый февральский воздух, я направился к машине. Надо все-таки навестить маму. Только сначала заеду домой, навещу пушистого друга и заберу пистолет. Помня все предостережения друга, я подъехал к черному входу своего дома, на всякий случай накинул куртку Сереги и солнцезащитные очки. С обратной стороны многоэтажки располагалась одна дверь, ведущая ко всем остальным подъездам уже внутри дома. Сделано это было с целью пожарной безопасности, и сейчас мне это оказалось как никогда на руку. Вряд ли тупоголовые амбалы Крауза знают об этом маленьком секрете. А может быть их вообще там уже нет, все-таки несколько дней прошло, а я так и не появился. Для перестраховки решил не рисковать, используя главный вход, а поплелся к заднему. Убедившись, что рядом никого нет, быстро вошел внутрь. Пешком поднялся по лестнице, чтобы не привлекать внимание звуком, открывающихся створок лифта, отметил отсутствие посторонних на моей площадке и с облегчением зашел в квартиру.
На меня сразу кинулся похудевший комок шерсти. Гибсон, мягко говоря, недовольно мяукал. Нет, не так. Он ОРАЛ на меня благим кошачьим матом, пристыжая за мое необоснованно долгое отсутствие. Сразу взял кота на руки, он замурчал громче соседской дрели в воскресенье в семь утра. Убрал лотки, и, наконец, совершил самую важную вещь – покормил малыша. Он набросился на корм, как будто не ел неделю, хотя вчера Сережка к нему забегал.
Открыв ящик комода, я достал пистолет. Надо же, никогда не думал, что он мне может понадобиться в подобных ситуациях. Оружие дает ложное чувство защиты, прямо как мне сейчас. Ведь я понимаю, что, скорее всего, не смогу им воспользоваться в адрес человека.
Зарядив ствол, засунул его за пояс джинсов. Пора ехать.
***
Выбравшись из дома тем же способом, что и попав в него, я быстро сел в машину и направился по нужному мне направлению. Уже стоя напротив входной двери, нажал на кнопку дверного звонка. Но мама не торопилась мне открывать. Позвонил еще раз. Тишина. Достал телефон, что бы набрать маму и надуться на то, что она любимого сына на порог не пускает, и дернул за ручку двери. На удивление та открылась.
- Мама, я приехал! – крикнул я в пустоту, войдя в квартиру. – Почему дверь открыта?
В квартире стояла мертвая тишина.
- Мам…
Я ходил по комнатам в надежде найти ее в одной из них. Неужели ушла куда-то и дверь не закрыла? На маму это не похоже, она всегда тщательно проверяет замки перед сном и после выхода из дома. В гостиной творилось неладное. На обеденном столе стояли грязные чашки с остатками еды, разбита некоторая посуда, диванные подушки разбросаны везде, где только можно, а пол от коридора до комнаты утопал в уличной грязи.