- Эй, парни, может, подискутируем, а?
Ответа не последовало, впрочем, я и не ожидал его. Но пробовать дальше я обязан.
- Послушайте, я догадываюсь, что вы собираетесь со мной делать. Лучше не стоит. Вы не понимаете, что меня уже ищут. Прежде чем сюда приехать, я скинул геолокацию полиции. С минуты на минуту сюда вломится наряд. Ребята, да вам пожизненное впаяют за такие дела!
Один из них, который натягивал перчатки последним, посмотрел на меня странным взглядом. Но я не смог прочитать в нем ничего, кроме удивления. Второй никак не отреагировал на мою речь и уже подошел ко мне, что бы ввести в кожу шприц. Внезапно первый остановил его, задерживая руку с уколом, и оба посмотрели друг на друга.
- Ты чего? – спрашивает мужик, кому не дали сделать инъекцию.
- А если он прав? – другой настороженно переводит взгляд с меня на напарника.
- Ты веришь в эту чушь? – зло выпалил он. – Да перед страхом смерти они все готовы сказать все, что угодно!
Другой мужик сделал два шага назад и посмотрел куда-то в сторону, в левый верхний угол. Я проследил его взгляд и сам увидел маленькую камеру, что мигала красным огоньком. Так значит, за нами наблюдают и прямо сейчас. Это мне было даже на руку.
- Эй, ребята, да вам кранты! Вы вообще в курсе, что вас ищет вся полиция города?! Это дело ведет весь центральный следственный комитет, и сейчас группа захвата на пороге этого места! – я старался говорить, как можно громче и убедительнее, что бы потянуть время. – За меня вас в дельфин отправят сразу, а заодно и за всех детей, которых вы разорвали на куски!
Первый хирург испугался еще сильнее и отошел от нас еще дальше, продолжая смотреть на камеру. Второй только больше разозлился и с силой воткнул шприц в мою левую руку. Ну все. Это конец.
***
Через несколько секунд в комнату вошла Вера. Наверное, это она смотрела по камерам.
- Ты что тут устроил, Алекс? – ее голос был максимально нежен и ласков, словно мы проснулись с ней в одной постели, и она пошла готовить для меня завтрак.
- Я? Я ничего. Это ты устроила здесь концерт. Может, хотя бы объяснишь смысл всего происходящего?
- Я не собираюсь тебе ничего объяснять. У меня мало времени. Ты итак сильно подпортил мои планы. Из-за тебя сорвалось много работы, и моим людям приходится работать в ускоренном темпе. – Она склонила голову и улыбнулась. – Так приятно видеть тебя в этой экспозиции, знаешь, я давно хотела так сделать.
- Какие планы я тебе испортил? – мой голос звучал тише и медленнее, так как введенное лекарство уже начало немного действовать. – Еще один детский дом расчленить?
Она расхохоталась громко и звонко, что в голове отдавалось эхо, бьющее тяжелым молотом по вискам. Я невольно зажмурился от неприятных ощущений, а Вера ответила:
- Ну что ты, Алекс, ты меня плохо знаешь. Сиротки – это мелкая рыбешка, а я предпочитаю больших китов. Совсем скоро я избавлю мир от ненужных людей! – последнюю фразу она прошипела, а лицо исказилось злобой и огненным адом.
Разум покидал меня, сколько бы я не боролся. Мысли путались, мозг отключался, а тело проваливалось в глубокую черную бездну. На задворках сознания слышались крики и топот ног. Но больше меня это не интересовало.
***
Темный коридор лишил меня ориентации и, чтобы не упасть, я держусь за холодные грязные стены по бокам от меня. Ноги еле-еле передвигают мое тело вперед к маленькому лучику света в конце туннеля. Сердце бешено бьется в груди, и идти дальше становится все труднее. Силы на исходе, но внутренний голос заставляет двигаться. Где-то вдалеке слышу отголоски, но не могу разобрать смысла слов. Чем дальше я продвигаюсь к свету, тем больше он отдаляется от меня. Еще один шаг. И еще. Темнота съедает, грозясь заполонить меня всего. Пик. Пик. Пик. Слышу странные звуки, вырывающие меня из рук смерти. Пик. Пик. Пик. Голос. Незнакомый голос. «Еще!». Кто это? О чем он говорит? «Еще разряд!». Я почти дошел до конца. Еще чуть-чуть. Пик. Пик. Пик. «Еще!».
Моя грудь резко вздымается, а рот яростно ловит воздух. Резко открываю отяжелевшие веки и снова натыкаюсь на потолок больничной палаты и людей в медицинских масках. Я умер? Или еще нет?