- Спасибо вам огромное, доктор, светлейший вы человек! – я любезно поинтересовался, - Где я могу переждать, пока наш подопечный очнется?
- На втором этаже рядом с кабинетом УЗИ посидите, я вас позову, когда можно будет, - она махнула рукой, давая понять, что ей некогда, и лучше мне поскорей уйти.
Больше двух часов я провел в ожидании. В этот период я вспомнил, что так и не доехал до выставки, на которой меня ждали мама с подружкой. Блиииин, еще один вынос мозга мне был обеспечен. Телефон стоял на вибро, лежал в пальто, когда я его достал, увидел девять пропущенных от мамы. Перезвонил и объяснил ситуацию, ну не мог я бросить человека вот так лежать на дороге. Мама все поняла, но пообещала, что она обязательно устроит нам с некой Верой еще одну встречу. Я на все дал согласие, лишь бы поскорей отделаться от этого разговора. Сейчас у меня есть дела поважнее.
Евгения Степановна вышла из палаты и разрешила мне зайти и, наконец, поговорить с незнакомцем. Он лежал на белых простынях в простой больничной одежде с открытыми глазами, в которых прослеживалась какая-то потерянность. Выглядел он гораздо лучше, все ссадины на лице были обработаны, голова забинтована, на левую руку наложен гибс. Теперь этот человек выглядел иначе: без брендовых шмоток и аксессуаров он и вправду походил на бедного скукоженного мужичка, которого избили и загнали в угол.
- Это Леонид Сергеевич Гаршин, лечащий врач нашего больного. Он вам все расскажет, а я пойду к своим пациентам, - с этими словами дежурная удалилась.
- Добрый вечер, - я поприветствовал доктора, - Меня зовут Милославский Александр Викторович, это я нашел мужчину на улице.
- Здравствуйте, Александр Викторович, ну что могу сказать, состояние мы стабилизировали, в чувство привели. У пациента сломана левая рука, сильное сотрясение головного мозга. Внутренние органы в порядке, кровоизлияний нет, держится небольшая температура, но это нормальная реакция организма на травмы и стресс, - врач повернулся к мужчине, - а теперь, голубчик, будем знакомиться с вами. Как вас зовут и кому из ваших родственников можно позвонить сообщить о случившимся?
- Меня зовут Владислав… Владислав Панин. Я…
Он замолчал. Было видно, что он в замешательстве. Щурит глаза, как будто пытается что-то вспомнить.
- Смелее, смелее, что с вами приключилось? – помогал ему доктор Гаршин.
- Я…я не помню.
Вот это поворот. Он что, потерял память? К такому я не был готов. Ну уж нет, пусть вспоминает из-за чего произошла мне такая подстава! Вопросы уже начал задавать я:
- Если ты придуриваешься, мужик, то это плохая шутка. Говори давай, что с тобой сделали, что ты аж под колеса бросился!
- Я правда не помню. Помню только, как из офиса домой ехал, а дальше чистый лист, - его взгляд был, как у кота из Шрэка. Походу, влип парень.
Гаршин продолжил задавать наводящие вопросы:
- Вы помните, какое сегодня число, месяц, год?
- Я помню, конечно, - спутано мямлил Владислав, - 12 января, 2024 год.
Ну и ну. А сегодня то 22 уже!
- Вы уверены? 12 января? – уточнил врач.
- Д-да.. нет? – в глазах Влада был страх. Мне стало жаль его. Из жизни выпало ровно десять дней. Я ответил:
- Сегодня 22 января. Ты забыл промежуток в десять дней. Совсем туман в голове?
Он отвернулся к окну. Его тело вздрагивало, он был страшно напуган и сбит с толку.
- Помните своих родных? – спросил Леонид Сергеевич, - жена, дети?
Влад отрицательно покачал головой.
- Родители?
Снова «нет».
- Братья, сестры?
Панин тяжело вздохнул и опустил голову. Понятно, что ничего не понятно. Доктор вывел меня из палаты и сообщил, что будут обращаться в полицию. А пока пациенту нужен отдых и покой. Я попросился еще немного поговорить с ним. Мне дали не больше десяти минут, а следующее посещение возможно завтра с 10:00 до 17:00. Снова вернувшись в палату к Владиславу, я сел перед ним и внимательно посмотрел в его глаза.
- Действительно ничего не помнишь, или просто прячешься от кого, боишься, что тебя найдут? – серьёзно спросил я.
- Только имя и дату. Больше ничего, правда. Слушай, помоги мне, а? – он резко схватил меня за руку, - интуиция мне подсказывает, что меня хотели убить.