- Никита, - начала она, - про нас ты рассказал, а я бы хотела сейчас про тебя рассказать. Может больше и случая не представится.
Она обратилась к отцу.
- Как считаешь, Леша?
Отец удивленно посмотрел на нее, потом что-то вспомнил, махнул рукой.
- Ну, ему все равно когда-то придется рассказать, почему не сейчас?
Я перевел взгляд с него на маму, обратно, потом прислушался к лесу.
- Вы это о чем? Почему именно сейчас?
Егор.
Сообщение от Хозяина пришло быстро. Мы наступали им на пятки, беглецы ускользали прямо из-под носа!
- Они не должны уйти! – крикнул я, - не должны! Да можешь ты ехать побыстрее?
- Могу, шеф. Конечно могу.
- Ну так шевелись!
На переезде машину подкинуло так, что у меня перехватило дух. Но я промолчал. Для меня важно догнать, хоть в лепешку расшибись.
Дальше за переездом пошел асфальт, и Лапа вдавил педаль газа в пол. Меня прижало к спинке сиденья. Шпын сзади заверещал от восторга.
Быстрее, быстрее, Лапа. Я не боялся, что он не справиться с управлением и две тонны железа станут их братской могилой. Я боялся гнева Хозяина. А Хозяин сейчас очень гневается!
На крутом повороте я схватился за ручку, чтобы не свалиться на Лапу.
Лапа, идиот, ржет, как обкуренный. Даже не сбавляет скорости, молодец.
Покрышки завизжали, пахнуло жженой резиной, по рукам побежали мурашки, поднимая волосы дыбом. Нам кирдык!
Хозяин сказал, что другой и его родители миновали кордон. И как же им это удалось? Неужели он на самом деле какой-то особенный, как последний раз назвал его Хозяин – избранный. Но ничего, для кого-то он и избранный, но для меня просто клиент. И я его достану, принесу Хозяину на блюде! Во что бы то ни стало…
Машина влетела на гору, сбавила скорость. На развилке творился полный бардак.
Бегали люди, кричали, размахивали автоматами, слепили глаза фонариками.
Лапа, по моему приказу, остановил джип за двадцать метров до патрульного уазика.
- Сходи, выясни что произошло, - сказал Лапе. - Похоже произошла авария, - я указал на «десятку».
Лапа послушно выскочил из-за руля, Шпын поспешил за ним, оба серьезные и злые.
- И еще, - крикнул я им вслед. - Приведите мне вон тех троих, что справа стоят, поняли?
- Да, шеф. Все сделаем.
Через минуту они подвели трех полицейских. Через плечи у них висели короткоствольные автоматы.
Пока Лапа рассказывал необыкновенную историю о пустой машине, я заглянул в глаза вновь прибывших – двое такие же «отмороженные», как и его помощники, но один как Сохатый, без единой мысли в молочных глазах.
Двух помощников ему вполне хватит, тем более с автоматами.
- Все, - сказал я, отворачиваясь от компании. - Садимся в машину и вперед.
Лапа скользнул за руль, остальные расположились сзади.
- Куда дальше, шеф? – спросил Лапа.
- Туда, на поле, - показал я рукой.
- Отлично! Погнали! – крикнул Лапа, посигналил и рванул машину с места.
Перед съездом на поле с дороги, когда фары осветили сырую, разрытую земляную массу, меня одолели сомнения.
- Ты уверен, что мы не завязнем в этой грязи?
- Это же джип, шеф! – радостно воскликнул Лапа.
Машина плавно спустилась с насыпи, липко вклинилась в глубокую колею, петляющую вдоль поля по краю посадки. Газанув, Лапа вывел джип из колеи, сильно тряхнуло, но машина, медленно покачиваясь, поползла по полю. Ямы становились все глубже, земля все мягче. Слышно было, как днище скребло по земле. Очередная яма, стала для нас последней. Огромная, тяжелая машина легла на днище и встала, как вкопанная.
- Приехали, шумахер! – фыркнул с заднего сидения Шпын.
- Заткнись! – огрызнулся Лапа, дергая ручку передач и пытаясь все же выехать из ямы. Двигатель истошно взревывал, но машина лишь покачивалась на несколько сантиметров вперед-назад.
- Это же джип! – проскрипел сзади Шпын. – Тут на тракторе надо было ехать!
Лапа пыхтел и потел, но все мучил машину, увязающую глубже и глубже в яме всеми колесами.