Через минуту весельчак спросил, кивнув на маму.
- Умаялась.
- Да, машина в лесу, шли долго.
- А, ну понятно. Как звать-то?
- Никита, - ответил я, широко зевнув.
- А меня Миша, - он протянул мне руку для пожатия, потом указал на лежанку позади сидений. - А там Митрич спит. Тоже умаялся, всю ночь вел.
Я обернулся, увидел под одеялами сопящее без задних ног тело. Как я его сразу не заметил? Опять широко зевнул. На повороте мама положила мне голову на плечо, задремала. Да уж, ночка выдалась – врагу не пожелаешь.
- Чаю хочешь? – спросил Миша и протянул большой металлический термос.
- Не откажусь! – сказал я.
С удовольствием выпил бодрящего горячего сладкого напитка. Но усталость и напряжение он снял ненадолго. Я закрыл крышку, протянул термос обратно.
- Еще наливай!
- Нет, спасибо, Миша, правда, - я устроился удобнее, вытянул ноги. Глаза сами собой закрывались. – Мы лучше немного поспим. Хорошо?
- Да спите, мне-то что. Вижу, что устали.
Обиделся, наверняка, что я отказал ему в интересной беседе. Ну и наплевать, сил нет даже языком ворочать. Я лучше вздремну часик, пока едем.
Только закрыл глаза, сразу провалился в тревожную дрему.
Глава 17.
Ник.
- Эй, Никита! – толкали меня в бок. - Приехали!
Я приоткрыл один глаз, посмотрел на дорогу, по сторонам. Мы ехали по камскому мосту. Уже Пермь! Не может быть, чтобы так быстро доехали! Кажется, только глаза сомкнул, а уже семьдесят километров проехали…
- Уже? – глупо спросил.
- Уже! – ответил улыбчивый Миша. – Дорога пустая, быстро долетели. Мне сейчас направо, прямо для грузовиков нельзя, вам куда?
- Э, - я огляделся по сторонам, - мы тут выйдем, нам в другую сторону.
Во рту, словно кошки нагадили. И жрать хотелось прямо сил нет.
- Миша, а чайку не осталось случаем?
- Осталось, почему нет? – и протянул термос.
Я аккуратно разбудил маму, прошептал ей в ухо.
- Мам, приехали. Просыпайся. Давай чайку.
- А? Что? Где мы? – покрасневшие глаза бегали из стороны в сторону, сознание медленно прояснялось. – Что, уже в Перми?
- Да, - протянул ей крышку с чаем. - На, держи.
Мише сказал, чтобы высадил на повороте, сразу за мостом.
- Лады! За мостом так за мостом! Почему нет!
Мы вышли, поблагодарили Мишу, попрощались. Он пожелал нам удачи. Дверь хлопнула, мотор зарычал, нас обдало едкими клубами сизого дыма. Протерли глаза, и я спросил маму.
- Ну и что, куда дальше?
- Сначала я хочу есть! – сказала она.
- Это правильное решение! – подхватил я. – Кажется вон там была когда-то пончиковая. Идем?
- Пончики? Отлично! Идем!
Прошли квартал, пончиковая была на месте, даже очереди остались все те же. Мы набрали полный пакет, сели в ближайшем скверике на лавочке. Утреннее солнышко светило уже тепло, приветливо, почки на деревьях распускались. Люди вокруг суетились по своим делам – все нормальные. Даже не верилось…
Когда последний пончик провалился в желудок, довольно потирая живот, я спросил.
- Ну, а теперь куда?
Мама подняла на меня сытый и удивленный взгляд.
- Как куда? К сватье, конечно. Ну, и к Ольге, само собой! – и ткнула меня дружески в бок. – Что, думаешь я ничего не понимаю?
Я удивился.
- Мам, мы вообще-то с ней разведены. Ну, не официально, но все равно… в общем…
- Хватит выделываться! Говори лучше, как к ним добраться. Они ведь где-то в центре живут?
- В центре, да тут не далеко. Пешком минут десять.
Мама хлопнула меня по плечу, улыбнулась.
- Ну, вот и пошли. Я устала, хочу помыться и отдохнуть. Можешь им позвонить?
Я достал телефон – батарея в ноль.
- Нет.
- Ну, ничего страшного! Будет сюрприз! Сватья меня вообще-то давно в гости звала.
- Как это?
- Вот так, - ответила мама, улыбаясь. – А ты думал, что? Мы продолжаем с ней общаться, перезваниваемся часто.