- Ты сводишь меня с ума, - хрипит он, и целует меня в следующую секунду.
Я издаю всхлип. И от облегчения, что это наконец-то происходит. И от возбуждения, которое моментально накрывает нас обоих с головой. Макс тут же просовывает свой язык мне в рот. Поцелуй становится глубоким, наполненным. Тело окутывает огнем, когда я, запрокинув голову, позволяю ему главенствовать. Его руки, на секунду задержавшиеся на моей талии, спускаются ниже и сжимают мои ягодицы. Он тесно прижимает меня к своему телу, не прерывая поцелуй. Каждое движение его языка внутри моего рта вновь и вновь опаляет меня. Между ног начинает пульсировать возбуждение. И я полностью отдаюсь во власть этому мужчине, растворяюсь в его инициативе, его движениях. Макс начинает шагать, крепко прижимая меня к себе, чтобы через секунду прислонить меня к одной из стен. Я буквально стекаю по ней вниз, так как мои ватные ноги отказываются служить мне как прежде. И вновь слышу свой собственный стон. Считывая мои эмоции, этот обалденный мужчина не теряет времени даром, одной рукой закидывает мою ногу к себе на бедро, вторую просовывает между моей талией и стеной, удерживая мое тело от падения. И припадает к моей шее. Ах, черт! Я даже не догадывалась, что моя шея настолько эрогенная зона. От влажных медленных поцелуев Макса мои глаза буквально закатываются. Он явно знает толк в своих действиях, а местечко между ног распаляется от жара.
И тут я просыпаюсь. Да, Анна. Как прекрасно воспылать похотью к мужчине, с которым ты в фиктивных отношениях. И которому даже не интересна. Во всем виноваты эти чертовы вечерние посиделки на коленях и отсутствие в моей жизни настоящего бойфренда. Но как уснуть теперь? Что, если ... и моя рука инстинктивно тянется к кромке белья. Я тут со злостью одергиваю руку, бурча себе под нос что-то вроде:
- Еще чего, ррр.
Я вскакиваю на ноги и начинаю мерить шагами комнату. Я зла, возбуждена. И немного разочарована сложившимся положением вещей. Нельзя давать себе повод думать, что мои фантазии могут осуществиться. Соответственно, нельзя поощрять их мастурбацией. Такого не будет ни в мире грёз, ни в реальной жизни.
То ли от пережитого накануне ночью, то ли от накопившихся дурных мыслей об обстановке в городе в связи с пожаром, в следующий же вечер решаю, отсев от Макса на диване подальше, рассказать что-то совсем не связанное с тревогами о случившемся:
- Бабуля без труда заменила в моей жизни мать: она была заботливой, внимательной, и вовсе не ворчливой старушкой, а довольно молодившейся стройной учительницей танцев. Мы могли вместе сходить в кино, или обсудить мальчишек. А вот с мужской частью моего воспитания - большие проблемы. Не зря говорят, что первый мужчина в жизни любой девочки - отец. Папы не стало, и повзрослев, я ощутила острый недостаток мужского внимания, скопившийся за годы. Я никого не виню: моей силы воли не хватило, чтобы справиться самостоятельно. Поэтому я так неутомимо пыталась понравиться Эйдену, буквально преследовала его, обращая на себя его внимание. Я принимала все его особенности, не считая их таковыми. Мне хотелось получить толику человеческого тепла, хотелось душевной близости. Ради этого я была готова буквально на все. Наши отношения были, мягко скажем, необычными, но я была действительно счастлива в них какое-то время. И возможно, все продолжалось бы и сейчас, если бы Эйден не обманул меня. Для участия в гонках нужен был первоначальный взнос. Это крупная сумма денег, которых у меня, конечно же, не могло быть. Эйден тренировал меня бесплатно на базе своей команды, но представлять меня официально они смогли бы только за деньги. Все вокруг, и тренеры, и весь штаб уверяли меня, что я потрясающе выступлю и точно выиграю большинство заездов, заработав тем самым и авторитет, и место в основном составе, и приличную сумму денег от рекламы. Якобы она перекрыла бы все расходы на вступление в команду. Деньги нужны были только на первоначальном этапе, пока мое имя никому не известно. А дальше, с их слов, я стала бы достаточно хорошо зарабатывать - были все задатки. И я, поддавшись уговорам, продала бабушкину квартиру. Я отдала деньги Эйдену, а он... внес первоначальный взнос. Но не за меня, а за другого начинающего гонщика. Какого-то своего знакомого. Так я осталась без жилья, без планов, без парня. Устроители гонок лишь развели руками - ничего не поделать. Им было жаль, конечно - девушка на треке всегда вызывала любопытство, а я еще и кое-что умела. Вот так закончились мои многомесячные отношения с Эйданом и мой опыт гонщицы. Все резко оборвалось, розовые очки разбились стеклами внутрь. Конечно сейчас, спустя время, когда пелена спала у меня с глаз, я вижу все те шокирующие моменты, которые регулярно происходили между нами. И наверное, нужно время до конца простить самой себе этот опыт и жить дальше.