- Пас! Нет, кто так раздает?!! Что за дрянная карта! Да не выражаюсь я, пап! (это даже сказано было в унисон).
Около часа ночи я проводила Джефа и, закрыв за ним дверь, не стала возвращаться за игральный стол. Я чмокнула Макса в щеку, поздравила его с днем рождения и скрылась в его спальне. Я так нервничала перед этой ночью, когда мы должны будем лечь спать в одну постель, а сейчас просто валилась с ног от усталости. Мы не обсуждали, что кому-то из нас стоило бы лечь на полу: кровать была просто огромной. При наших дружеских отношениях пара ночевок бок о бок не должна была доставить хлопот. Наскоро приняв душ, впервые, кстати, в этой душевой, я легла на одну половину этой гигантской кровати и...
- Макс, мне жарко... отпусти. Ты слишком крепко меня обнимаешь. Мне буквально нечем дышать.
- Я подарю тебе глоточек воздуха, - мурчит этот здоровяк и накрывает мой рот своим. Мы лежим на его кровати. В его спальне. И это лучшее место, где только я могла бы оказаться. Макс нависает надо мной, удерживая вес на локтях, и сначала дразнит меня одними губами. То нежно целует, по покусывает, то влажным языком проводит по моим губам. В какой-то момент я пытаюсь ухватить его нижнюю губу своими зубами, то он только расплывается в ухмылке, и влажная кожа выскальзывает. Тогда я решаю задействовать руки. Обхватываю ладонями его затылок и притягиваю его лицо к своему. Поцелуй становится более чувственным. Тут же потеряв контроль, Макс расслабляется. Он начинает постанывать, и это дает зеленый свет моему следующему шагу: я резко переворачиваю нас обоих на кровати и оказываюсь сверху. Этот мужчина, не ожидавший от меня, сонной, такого напора, поддается. Я тут же углубляю, наконец, поцелуй, заглушая заодно и его стоны. А он кладет свои ладони мне на задницу, немного приподнимая и притягивая меня к себе. Контакт стопроцентный. Кожа нагревается от желания. Рта, языка, его ладоней - всего становится одновременно мало и нескончаемо много для всего пяти человеческих чувств. В комнате темно, только уличный свет фонарей позволяет различать предметы в комнате. Эта интимность не оставляет шанса на побег.
- Я хочу тебя... - слышу я собственный шепот, когда Макс добирается до кожи на моей шее и оставляет на ней цепочку из поцелуев.Он уже выучил мое тело и все мои реакции на его ласки. Его горячее дыхание задевает какие-то особенно чувствительные точки на коже, посылая по всему моему телу отряды мурашек. Я хочу, чтобы все поскорее началось. И чтобы это никогда не заканчивалось. Макс садится, приподнимая меня вместе с собой. Он стягивает с меня свою собственную футболку, в которой я улеглась спать. И моя голая грудь оказывается прямо напротив его лица. Не медля ни секунды, он втягивает один из моих сосков в рот. Одной рукой он прижимает мою спину к себе. Второй - начинает прокручивать в пальцах второй сосок. Чееерт! Меж моих ног разгорается пожар. Я издаю громкий протяжный стон.
- Детка, отец все же спит на диване. Будь тише сегодня, - и Макс вновь возвращается к моему соску. Боже, и делает это именно так, как мне нравится больше всего: не лижет, не нежничает, а сосет. Интересно, можно ли кончить только от ласк груди? Он нажимает пальцами на второй мой сосок и эта боль - потрясающее удовольствие, которое пульсирует во мне. Я начинаю искать позу, в которой смогла бы потереться об него. Ведь животом я чувствую и его возбуждение.
- Анна, что происходит? - я резко просыпаюсь.
Глава 11
Мгновенно открываю глаза. И застаю себя лежащей на Максе. Мои ноги обвивают его ногу. И я чувствую возбуждение, мать его! Я молниеносно подскакиваю и сажусь на постели. Радует то, что я все в той же футболке, что надела для сна. Что было сном, а что реальностью? Я опускаю лицо вниз, упирая его в ладони. Волосы рассыпаются вокруг, огораживая меня от моего стыда. Не поднимая головы, не оборачиваясь к Максу, я тихо спрашиваю:
- Что я сделала?
- Ты, эм... сказала кое-что. Наверное, это разбудило меня. И я понял, что ты лежишь на мне. И, черт, Анна. Трешься об мою ногу.
- Что я сказала? - я чувствую, как лицо заливает стыдом. Вся кожа горит.
- Послушай, это не важно. У нас был длинный день, все очень устали. Мы закончили игру всего пол часа назад, я зашел тихонечко в спальню и просто лег на свободную половину. Очевидно, меня тут же вырубило. Потом тебе, вероятно, что-то приснилось.
- Что. Я. Сказала? - по слогам повторяю я. Он явно слышал. И я должна знать. Пусть уж лучше стыд накроет меня единовременно, чем будет съедать неизвестность.