— Ну вот. Так лучше? — спрашивает он, вытирая трубу о траву. Он подходит к грузовику и кладет ее в кузов. — Поехали.
Оказаться как можно дальше от этого мертвеца звучит как очень хороший план. И хотя я понятия не имею, куда мы едем и что ему от меня нужно, он предельно ясно дал понять, что моя безопасность для него в приоритете. Так что оказаться похищенной психопатом с комплексом защитника — возможно, не самый худший расклад, когда весь мир посылает тебя на хуй.
ГЛАВА 16
Призрак
Когда мы возвращаемся к грузовику, я решаю продолжать ехать тем же маршрутом. Если столкнемся с опасностью, тогда перестрою путь. Я не знаю, откуда взялся этот человек, и наматывать лишние мили, когда бензин скоро может стать проблемой, — не лучшая идея.
Впереди вырастает знак «Добро пожаловать в Миссисипи», и Ру не оставляет его без внимания. Я мог бы завязать ей глаза, если бы действительно хотел, чтобы она ничего не знала, но после того, что мы только что видели, я не хочу делать ничего, что могло бы подвергнуть ее опасности. Я хочу наказать ее, а не убить.
— Значит, Миссисипи? — небрежно спрашивает она, ковыряясь в пачке с мармеладными червяками и закидывая еще одного в рот.
— Ничего от тебя не укроется, да?
— Ага. Так что там, в Миссисипи? Мы едем туда? Какой план? — Она похожа на маленького ребенка, который тысячу раз спрашивает у родителей: «Мы уже приехали?».
— План такой, — говорю я, выхватывая червяка, болтающегося в ее пальцах, прежде чем она успевает его проглотить, — добраться туда, куда мы направляемся, и не придушить тебя нахрен за то, что ты задаешь одни и те же чертовы вопросы снова и снова.
— Или ты мог бы просто, блядь, ответить на мои вопросы, — бормочет она, пока я закидываю украденного червяка себе в рот. Она забирается с ногами на сиденье и садится по-турецки. — Ладно. Но скоро мне понадобится нормальная еда. Если уж держишь сучку в заложниках, мог бы хотя бы кормить ее.
Мой желудок выбирает именно этот момент, чтобы недовольно заурчать. Она права. Мы не протянем на тех скудных запасах, что я собрал, кислых конфетах и энергетиках. Скоро нам придется остановиться за нормальной провизией и закупиться в достаточном количестве, чтобы добраться до Джорджии.
— Остановимся в следующем городе. — «Если он еще стоит», — хочется добавить мне, но я держу это при себе. Она не видела всего, что видел я. Нет смысла пытаться ей что-то объяснить. Она не поверит, пока не увидит сама. Именно поэтому я заставил ее выйти и посмотреть на того парня, которого мы сбили. В это — чем бы оно ни было — невозможно просто слепо поверить. Нужно столкнуться с этим лицом к лицу, чтобы хотя бы начать осознавать, что происходит на самом деле.
От одной мысли о том, чтобы вывести ее на люди, у меня за глазами уже начинает пульсировать головная боль. Мне нужно не только беспокоиться о вирусе, но и следить, чтобы она не сбежала и не убилась при попытке к бегству. Хотя теперь, когда у нее есть представление о том, с чем мы имеем дело, не могу не задаваться вопросом, заставит ли это ее держаться ко мне поближе. Сама мысль о том, что я ей нужен, вызывает в груди странные чувства, в которых я слишком горд, чтобы ей признаться.
Горечь ее предательства всё еще стоит на первом плане в моих мыслях. И хотя я еще даже толком не приступил к ее наказанию, в свете последних событий я отодвинул его на второй план. Наказывать ее сейчас не так важно, когда на кону наши жизни.
Всё, чего я когда-либо хотел, — это она. С того самого момента, как впервые увидел эту невысокую пикси, одетую во всё черное, стоящую по ту сторону соседского забора. Я и так слишком долго держался на расстоянии. Мне следовало вернуться, когда ей исполнилось восемнадцать, и забрать ее с собой, нравилось ей это или нет.
Я не собираюсь рисковать потерей ее сейчас. Я только что вернул ее. И, может быть, это делает меня слепцом в моих иллюзиях. Может быть, она не захочет иметь со мной ничего общего, когда я сниму эту маску и покажу ей, что прекрасно знаю, кто она такая. Тогда она солгала не просто так. Может, я вообще никогда не был ей нужен. Очень жаль, но выбора я ей больше не дам.
Она может любить меня или ненавидеть, но она просто не сможет от меня уйти.
Следующий городок, к которому мы подъезжаем, расположен на берегу реки Миссисипи. Он такой крошечный, что я о нем даже никогда не слышал. Ничего особенного. И самое приятное — похоже, вирус до него не добрался. У воды стоит небольшая закусочная, от вида которой мой желудок оживает и громогласно требует внимания. Учитывая все мои рабочие поездки, могу сказать, что в таких маленьких, неприметных забегаловках есть своя прелесть.