Один раз, когда я снова вспомнила что-то, связанное с этими двумя, я крепко сжала руку Димы, а он, бедолага, аж дернулся от неожиданности.
– Ай! – воскликнул он, потирая руку. Правда, мою вместо своей, но это устраивало нас обоих. – Ты чего?
– Думаю, – буркнула я, моментально ослабив хватку и виновато погладив его в ответ.
– Если ты всегда так думаешь, то я, пожалуй, предпочту думать за двоих, – усмехнулся он, а я показала ему кончик языка. – Кстати, не знаешь, как вчера всё прошло у Лизы?
– Не-а, – огорчилась я. – Она пришла поздно, я уснула уже. А утром спросить не смогла. Поэтому спрошу сейчас.
Я подмигнула ему, а затем убежала, освободив свою руку из его хватки. Он только возмутился, воскликнув что-то на подобии «эй!». Лиза очень вовремя остановилась, выискивая что-то в своей сумочке.
– Лизавета, – обратилась я к ней, склоняясь к её уху. Всё-таки такие разговоры должны оставаться конфиденциальными. – Вы ничего не хотите мне рассказать?
Я многозначительно нахмурила брови.
– О чём? – недоумевала та. Пришлось кивнуть на Кирилла, а затем снова с нажимом глянуть на неё. – Ой, точно!
Она мгновенно смутилась, нашла-таки в сумочке гигиеничку, и, выдержав паузу, начала свой рассказ.
Бедолага Кирилл ушёл к своему брату по несчастью, и теперь они с Димой шли вдвоём, болтая и периодически вздыхая.
– Ну, пульт у него действительно был сломан, – она пожала плечами. – Но позвал он меня не для того, чтобы я сидела и смотрела, как он его чинит. Как оказалось, починили его заранее, а он только включил музыку на нём…
– И? – перебила я, так как мне не терпелось узнать продолжение. Сестра нахмурилась.
– И он пригласил меня на танец, – снова смутилась она, отводя от меня взгляд. Коротко взглянув на Дымова, она засмущалась вконец, а потому продолжала уже короткими предложениями, – И мы танцевали под медляк. Одни совсем. Под свет фонариков и тихую музыку.
Я выжидающе смотрела на сестру, а она, видимо, надеялась, что я глупая и совсем не знаю её. Ну конечно, я же не живу с ней всю жизнь!
– Лиза, договаривай, – тихо проговорила я, глядя на то, как она поджимает губы, вздыхает, прикрывает глаза и признаёт своё поражение.
Она наклонилась к моему уху и прошептала мне то, о чем я подозревала, но не верила, пока не услышала.
– Чего-о-о?! – взорвалась я, как оказалось, достаточно громко: все парни замерли на месте и недоуменно обернулись. – Ой. Вы идите, мальчики, идите.
Мне пришлось применить жесты, чтобы они наконец сдвинулись с места, не забыв переглянуться.
– Дурочка, что ли? – шикнула на меня Лиза. – Вот так и рассказывай тебе после этого!
– Ну Лиза, случайно же! – я дергала её за руку, всё ещё не веря. – Правда? Вы поцеловались?
– Да! – наконец-то улыбнулась мне сестра.
Мы тихонько засмеялись от радости и от ситуации. В этот момент я заметила, что Кирилл и Дима обернулись на нас.
Второго я одарила хмурым взглядом. А мы что? На велосипеде катались? Слушали его бывшую?
Я фыркнула, отгоняя эти мысли. Парень, казалось, немного испугался, а его взгляд выражал непонимание.
– Лизка, – обратился к сестре Дымов. – Иди сюда. И сестру с собой прихвати.
Я снова фыркнула, только мысленно. Почему это опять делает Кирилл, а не Дима?
Мы подошли ближе к парням.
– В общем, дело такое: вы с нами на Ивана Купала идёте? – спросил тот, а мы с Лизой оживленно переглянулись.
– Спрашиваете! – отозвалась я.
– А когда он? – согласилась со мной сестрица. – И где, и во сколько, и…
– Дней через пять? – пожал плечами Дима.
– Да не, через четыре, – возразил Толя. – Ночью же проводится.
– Да, а собираемся в семь, – поддакнул Серёга.
– Мы за вами зайдём, а то ещё заблудитесь, – сказал Сёма, а парни дружно кивнули, соглашаясь с ним. Мы с Димой переглянулись, и я смущённо поджала губы.